Онлайн книга «Системный Друид. Том 4»
|
Тигрица подняла голову, медленно встала, расправляя затёкшие лапы одну за другой, потянулась, выгнув спину, и мышцы прокатились под шкурой плотной волной. Она шагнула к дверце, остановилась на пороге и повела мордой, вдыхая ночной воздух. Запах снега и леса, идущий из пролома в стене, ворвался в вольер и смешался с затхлостью каменного двора. Тигрица вышла медленно, с достоинством зверя, который принимает каждый шаг как собственное решение. Она прошла мимо меня и Ниры, мимо клеток и замерших у стены зверей, не удостоив нас взглядом. Огромное тело двигалось плавно, без спешки, и каждая мышца под золотистой шкурой работала слаженно, несмотря на ослабленные каналы и рунное подавление, продолжавшееся месяцами. Громовой тигр шагнул ей навстречу. Самка же прошла так, будто его не существовало, и остановилась у ворот, обернувшись к пролому в стене, откуда тянуло лесным воздухом. Нира вопросительно посмотрела на меня, и я качнул головой в сторону пролома. Обратный путь через пролом занял меньше времени. Звери шли сами, без подсказок, один за другим выбираясь через неровный проём в стене и исчезая в темноте снаружи. Рысь скользнула первой, за ней олени, потом волчонки и остальные. Каждый зверь, перешагнув через корневой порог на нижнем краю пролома, замирал на секунду, вдыхал лесной воздух и уходил в ночь, находя дорогу сам. Тигр шёл рядом с тигрицей. Она по-прежнему его игнорировала, двигаясь впереди, и зверь держал ровную дистанцию в два корпуса. Я вышел последним, задержавшись у пролома. Оглянулся на восточный двор, на открытые клетки с распахнутыми дверцами и пустые вольеры, на солому и пол, покрытый следами когтей. К утру стража обнаружит пропажу, но до утра оставалось несколько часов, и нам этого было вполне достаточно, чтобы успеть скрыться. Нира ждала снаружи, у пролома, и когда я перешагнул через нижний край, она повернулась к стене и положила обе ладони на камень по сторонам от проёма. Прожилки на ее руках вспыхнули ярко и коротко, серебристое свечение потекло по трещинам, и я услышал знакомый скрежет сдвигающихся блоков. Корни и стебли, удерживавшие камни на весу, начали втягиваться, ослабляя хватку. Блоки поползли друг к другу, заполняя проём. Кладка смыкалась, и через минуту, может, чуть дольше, стена выглядела так, как выглядела до нашего прихода. Камень лёг на камень, раствор заменился соком растений, который быстро загустевал и уже мало чем отличался от оригинального состояния на вид, и только лёгкая неровность шва выдавала место, где час назад зиял пролом в полный рост. Нира убрала руки и неожиданно пошатнулась. Я шагнул к ней, но она уже выпрямилась, стряхнув слабость быстрым движением плеч. Её лицо было спокойным, а взгляд сосредоточенным. — Идём, — сказала она. — К рассвету нужно быть далеко. Снег у основания стены был примят нашими следами и следами зверей, но температура продолжала падать, и лёгкая позёмка уже заносила вмятины тонким слоем. К утру снег засыплет всё, и у стены останется ровная белая поверхность, на которой стражники не разглядят ничего подозрительного. Мы ушли в лес, и предрассветная темнота Предела сомкнулась за нашими спинами. * * * Предел принял зверей молча, так, как принимает каждое живое существо, которое приходит под его кроны. Мы остановились на прогалине в полукилометре от замка, где старые ели образовали полукруг, защищённый от ветра, и снег лежал тоньше, чем на открытых участках. |