Книга Системный Друид. Том 4, страница 84 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Борг не предложил сесть. Он прислонился к косяку, скрестив руки на груди, и начал так, будто продолжал разговор, прерванный на полуслове.

— Гарета похоронили.

Мне хватило мгновения, чтобы перестроить всё, что я знал о парне, который лежал дома на попечении Сорта ещё недавно. Борг не уточнял, когда прошли похороны, и я не спрашивал. Тёмные круги под запавшими глазами, спина, которую мужчина держал прямо через силу, говорили сами.

— Тело сгорело изнутри, — Борг смотрел в стену за моим плечом. — Сорт объяснил, что парню вкололи алхимическую дрянь, которая разгоняет каналы маны до предела. Боевые стимуляторы из тех, что дают солдатам перед штурмом, когда терять нечего. Гарет получал их не один раз, по следам на венах видно. К тому времени, когда Сорт добрался до него с составами, каналы выгорели, а внутренние органы начали отказывать. Целители из Ольховых Бродов приезжали, смотрели. Сказали, что даже столичный маг не вытащил бы его в таком состоянии, слишком далеко все зашло.

Я слушал и не перебивал. Борг имел право выговориться, и молчание было единственным, что я мог предложить. Гарета, которого я приносил к отцовскому порогу, доконала не его собственная дурь, а чужая алхимия, закачанная в вены, хотя… дурь тоже сделала свою работу. Парень был задирой с кулаками, быстрее головы. Кто-то разглядел в нём бешеную энергию и желание доказать свою значимость, а потом использовал это, превратив парня в расходный материал.

Ну, как кто-то. Мы оба прекрасно понимали кто.

— Люди де Валлуа, — Борг произнёс фамилию так, будто говорил о заразе. — Они играли на его самолюбии, подкармливали обещаниями и стимуляторами, а когда выжали всё, бросили.

Борг замолчал, и пальцы его скрещённых рук впились в предплечья так, что кожа на суставах натянулась. Он разжал хватку усилием, которое я видел по дрожи в запястье, и выдохнул через нос.

— Мой сын был дураком, Вик. Упрямым, горячим дураком, который лез туда, куда не звали, и не слушал тех, кто пытался его остановить. Но он был моим сыном.

Я немного подождал, дав ему выдохнуть.

— У меня свои счёты с де Валлуа, Борг. Давние. Семья, которая отравила моего деда и подставила меня, чуть в могилу не свела. Когда придёт время, я буду рядом. Просто знай это.

Борг посмотрел на меня в упор. Жёсткие глаза охотника дрогнули на долю секунды, и он кивнул одним движением, принимая мои слова как рукопожатие. Обещания и подробности были лишними.

Мы помолчали. Борг отлепился от косяка, подошёл к столу и подвинул ко мне кружку с остывшим отваром, но я покачал головой, и охотник не настаивал. Он встал у окна, глядя на полосу леса за околицей, и плечи его постепенно опускались, отпуская напряжение. За стеклом, в соседнем дворе, мелькнул подол Хельгиной юбки, и Борг проводил женщину взглядом.

— В лес сегодня собираюсь, — сказал он, и тон сменился, стал рабочим. — Зимние запасы подъели, надо пополнить. Браун из Ольховых Бродов подтянулся с людьми, ещё двое из Медвежьего Лога. Выходим через пару часов, от околицы. Пойдёшь?

Я кивнул, и Борг, кажется, ожидал именно такой ответ, потому что еле заметная складка в углу рта обозначила то, что у другого человека стало бы улыбкой.

Я вышел из дома Борга на морозный воздух и зашагал к окраине. По пути завернул в пекарню, купил половину ржаного каравая и кусок солонины, завернул в тряпку и сунул в котомку. На крыльце пекарни сидел рыжий кот и вылизывал лапу с видом существа, которому принадлежит весь мир. Я не удержался и дал ему кусочек мяса, хотя, уверен, этот мышелов и так неплохо питался.