Книга Системный Друид. Том 4, страница 87 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Ельник принял нас плотным строем стволов, сомкнувшихся над головами в полутёмный свод. Снег под елями лежал тоньше, а в прогалинах между деревьями проступала спрессованная бурая хвоя прошлого года. Свет просачивался сквозь кроны скупо, ложась на снег рябыми пятнами, и температура упала на пару градусов, стоило только оказаться под пологом.

Я использовал Усиленные Чувства на фоновом режиме, отслеживая вибрации почвы и корневой сети, а серебристые линии на коже ловили сигналы из-под мёрзлой земли. Мелкая живность считывалась россыпью точек на периферии восприятия, зайцы в норах, полёвки под снегом, пара куниц в дуплах. С появлением этих татуировок на руках сенсорная нагрузка на организм снизилась и такие вещи давались мне теперь гораздо легче. Поэтому даже этот поход я воспринимал как еще одну тренировку.

Группа шла ходко, растянувшись цепочкой. Борг задавал ровный темп, рассчитанный на дальний переход. Ярек время от времени забегал вперёд, проверяя развилки, и возвращался, обозначая направление кивком. На одном из поворотов он задержался у сломанного молодого деревца, присел, потрогал излом пальцами и покачал головой, показывая Боргу, что след старый. Мелочь, которая выдавала устройство отряда, Ярек разведывал, Борг решал, Браун страховал с тыла.

Корневая сеть под ногами постепенно менялась, ближе к ельнику корни переплетались гуще, глубже, и сигналы приходили отчётливее, потому что старые ели держали подземную сеть плотнее молодого леса у деревни. Я уловил далёкое смещение чего-то крупного к северо-западу, за пределами слышимости охотников, вибрацию тяжёлых шагов по промёрзшей почве, и отметил направление. Пока оно не пересекалось с нашим маршрутом, и я промолчал, сохраняя информацию на случай, если расклад изменится.

На границе ельника, там, где деревья расступались перед пологим спуском к замёрзшему ручью, Ярек остановился и молча поднял руку. Отряд встал. Борг шагнул к Яреку, и оба посмотрели туда, куда указывала вытянутая ладонь.

Я подтянулся ближе и увидел след на спуске к ручью. Глубокая вмятина в подмёрзшем насте, вдавленная тяжёлым широким копытом с раздвоенным отпечатком, какой оставляют лоси или крупные олени. По размеру и глубине вмятины зверь тянул на матёрого лося, не меньше. След был свежим, края не обветрились, и снег вокруг потемнел от влаги, означавшей, что животное прошло здесь недавно. Рядом, в полушаге, лежал второй отпечаток, глубже первого, и линия следов уходила вниз по склону к ручью, теряясь за стволами.

След уходил вниз по склону к ручью. Ярек присел на корточки, потрогал край отпечатка пальцем и покачал головой. След был свежим, но зверь шёл спокойно, широким размеренным шагом, и по глубине вмятин тянул на матёрого быка в хорошей кондиции, но когда тебе навстречу в любой момент может выйти мана-зверь, ни в чём невозможно быть до конца уверенным — все же магия меняет живых существ. Борг глянул на следы через плечо сына и подтвердил кивком. Отряд двинулся по следу вдоль замёрзшего русла. Голые стволы берёз торчали частоколом между нами.

Лось увёл нас в сторону от первоначального маршрута, на юго-восток, через распадок с обледеневшими камнями, где приходилось ступать осторожно и цепляться за выступы и корни.