Книга Системный Друид. Том 5, страница 2 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Впереди на тёмном жеребце ехал Райан де Валлуа. Я узнал его по камзолу с оленем на синем поле, по светлым волосам, зачёсанным назад, и прямой посадке в седле. Расстояние съедало мелкие детали, но главное я разглядел. Ярость на лице давно перегорела до серого холода, и такие опаснее всего. Потому что сгоряча люди совершают ошибки.

Рабочие карьера попрятались в бараках, понимая, что лучше не попадаться на глаза аристократу. Охрана, та немногочисленная группа, что осталась при выработках, выстроилась у входа в лагерь и ждала, переминаясь с ноги на ногу. Тело Дарена лежало на том же месте, у входа в обрушенную штольню, прикрытое от снега навесом, который рабочие соорудили, не решаясь ни трогать труп, ни убирать его без приказа сверху. Мёрзлая земля вокруг тела потемнела от крови, которую снег не успел замести.

Райан спешился и подошёл к телу медленным шагом, остановился, глядя вниз. Стоял так долго, что его жеребец начал переступать копытами, фыркая паром на морозе. Гвардейцы рассыпались по периметру, маги заняли позиции у бараков, и лагерь заполнился лязгом оружия и хрустом сапог по снегу.

Графский сын поднял голову, оглядел лес вокруг карьера от южного края вырубки к северному. По его лицу не читалось ничего, и это пустое выражение я уже видел в той жизни на чиновниках, потерявших людей в лесных стычках. Они приезжали так же, и потом начинали вытряхивать из местных правду слово за словом, пока у тех не пересыхало в горле.

Я спустился с ели. Покров Сумерек спал, открывая меня целиком, и я вышел на край вырубки со стороны леса. Остановился в сорока шагах от крайних построек карьера. Райан увидел меня и выпрямился, отвернувшись от тела Дарена. Между нами лежала полоса вырубленного леса, пни и грязный снег, изрытый колеями от подвод.

Узнать меня графский сын не мог, маска и расстояние делали своё дело, размывая черты, но видеть главное он мог отлично. Лес за моей спиной, орнамент на руках, тёмная фигура на опушке рядом с обвалившимся карьером и мёртвым порученцем. Картину Райан собирал прямо у меня на глазах, и я видел по его лицу, как она складывается, в ней уже стоял «некто» из Предела, тот самый, кто всё это сделал.

Он поднял руку, отряд сорвался с места, и я развернулся к лесу, бросив на Райана последний насмешливый взгляд через плечо. Парень стоял у тела Дарена с поднятой рукой, и серые глаза смотрели мне в спину, запоминая силуэт, плащ и маску. Ради этого я и выходил.

* * *

Молниеносный Шаг бросил меня в чащу, и первый гвардеец ещё бежал к опушке, когда я уже нырнул под низкие ветви ельника, перекатился через поваленный ствол и ушёл по заранее проложенному маршруту, прижимаясь к корневым гребням, где наст выдерживал вес и не оставлял глубоких следов.

Лес сомкнулся вокруг знакомой тишиной, как у хижины Торна по утрам. За спиной нарастал шум преследования: треск веток, крики, лязг железа, когда кто-то из всадников спешился, зацепившись стременем за корень. Конница в густом ельнике, пожалуй, самая бесполезная вещь на свете, и кто бы ни командовал гвардейцами, он сообразил это быстро, потому что крики сменились короткими приказами, и по звуку я определил, что отряд разбивается на группы. Грамотно для преследования одиночки в чаще, и одновременно ошибка, потому что разрозненные группы не успеют помочь друг другу, когда лес начнёт работать против них.