Книга Системный Друид. Том 5, страница 47 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Я выпрямился и потёр пальцы тряпицей со специальным составом, чтобы ничего не въелось в кожу.

Ивена отложила свою последнюю пилюлю и взяла одну из моих, первую в ряду. Поднесла к свету, стоявшему из окна, осмотрела со всех сторон, медленно поворачивая в пальцах. Покатала между большим и указательным, проверяя плотность на сжатие. Положила обратно на сетку, взяла вторую, повторила всё то же самое с той же внимательностью. Третью проверять уже не стала.

Девушка молча взяла с полки свою тетрадь в тёмной кожаной обложке, раскрыла на чистой странице и записала несколько строк, поглядывая на сетку и на тигель. Я не заглядывал в её записи, не моё дело, но по движению пера было видно, что пишет она плотно и коротко, так пишут те, кто уже знает, что запоминать из процесса, не отвлекаясь на сверку или перепроверку.

Закончив, Ивена закрыла тетрадь и посмотрела на сетку с пилюлями долгим взглядом, в котором читался чисто профессиональный расчёт.

— Я бы так не смогла, — сказала она без вступлений. — У меня получается хорошо. У тебя получается быстро при том же качестве. Это не одно и то же. Даже интересно, где странствующий авантюрист такому научился? — бросила девушка в мою сторону любопытный взгляд.

— Привычка. Годы работы с составами в полевых условиях, где времени на идеальную выдержку зачастую нет.

— Заметно, — Ивена не уточняла, что именно заметно. — Сушиться будут до вечера. Я перекрою тряпицей и поставлю в дальний шкаф, там стабильная температура. Можешь насчет этого не переживать. Да и мастеру Талику обо всем расскажу.

— Хорошо. Талик разберётся с упаковкой, когда вернётся.

Я снял фартук, повесил на крюк, натянул куртку. Ивена уже перекладывала сетку на дальний стол, движения её оставались такими же экономными и точными, как в начале работы. У двери я задержался.

— Спасибо за помощь.

Она повернула голову, кивнула и вернулась к сетке. Разговоров ей явно хватало ровно на тот минимум, который требовала работа, и меня это устраивало больше, чем устроила бы любая попытка наладить светскую беседу. Я вышел на улицу и прикрыл за собой дверь, это часть моей работы была завершена.

* * *

Талик вернулся в корпус ближе к полудню. Ивена стояла у сушильного шкафа и проверяла пилюли на готовность, когда в мастерскую вошёл старик, стянул с плеч промокшую накидку и повесил её у двери. Устал он заметно, у торговца на ферме пришлось долго возиться, но цепкий взгляд сразу скользнул к сетке с пилюлями.

— Уже ушёл? — спросил он, не поворачивая головы.

— Ушёл, мастер. Всё закончил.

Талик подошёл к сетке, взял одну пилюлю, поднёс к свету из окна, прищурился, вглядываясь в поверхность и оценивая цвет на просвет. Пилюля была плотной и тёмно-зеленоватой, с золотистой каймой, которую даёт только правильная выдержка камелии в составе. Он взял вторую, из другого конца ряда, сделал то же самое. Потом поднёс обе к носу, вдохнул запах, чуть помедлил и положил пилюли обратно.

Ивена молча стояла рядом, сложив руки перед фартуком. Талик повернулся к ней и кивнул, разрешая говорить.

— Компоненты я отмерила с утра по рецепту, — Ивена начала рассказывать по порядку. — Он пришёл, посмотрел разложенное, сразу взялся за тигель. Температура, выдержка, последовательность, всё по рецепту, без уточнений и просьб о помощи ко мне. Два раза поправил огонь до того, как я успела что-то сказать, один раз увеличил выдержку на сорок секунд. Масса вышла ровная, без потерь на стенках миски, чего, если честно, я не ожидала от авантюриста. Пилюли скатал в том темпе, который я не могу повторить при сохранении качества. Проверила три штуки из его половины, разницы между ними нет. Поверхность, плотность, запах, всё в допуске. Нет, даже лучше, чем в допуске. Я бы так не смогла, — она помолчала, подбирая точное слово. — Пока не смогу, не хватит опыта.