Книга Пламя ада, страница 156 – Кармен Мола

— Росана, это важно. Что произошло? Расскажи мне.

— Эмилиано сказал, что он домашний раб Бидаче, и вместе с хозяином таверны усадил его в экипаж.

— Куда он его отвез?

Росана отвела Мауро на кухню и распахнула дверь кладовой. В крохотной комнатке сидел Бидаче. Узнать его было нелегко. Он был связан по рукам и ногам, тело и лицо были покрыты синяками и следами от хлыста. Мауро наклонился, чтобы проверить, жив ли тот. Пульс был слабым, но еще чувствовался.

Росана прошептала:

— Бидаче не хотел говорить, но в конце концов все рассказал.

— Что именно Эмилиано хотел знать?

— Арсенио Боады нет в его доме на улице Компостела. Эмилиано хотел выяснить, где он. Мауро, он не остановится, пока не найдет его.

От Каласада-де-ла-Инфанта Мауро добрался до небольшого поселения Серро. Там находились летние резиденции богатейших семей Гаваны. По обеим сторонам улицы возвышались особняки в колониальном стиле с огромными незастекленными окнами, защищенными лишь железными решетками, сквозь которые можно было заглянуть внутрь. Мауро остановился у белого особняка с величественной дверью, отделанной бронзой. Бидаче сказал Эмилиано, что Арсенио Боада перебрался в этот дом.

Парадная дверь была заперта. Мауро обошел дом и увидел на первом этаже окно без решеток, ставни были распахнуты. Он без труда представил, как Эмилиано забрался внутрь по ветке растущего вблизи дерева. Именно так поступил и Мауро, чтобы проникнуть в дом. Он старался двигаться как можно тише. Ветерок раздувал тонкие занавески, напоминающие трепещущую на ветру паутину.

Внутри все выглядело так, будто хозяин и прислуга ненадолго вышли. Мебель была накрыта тканевыми чехлами, в доме царила прохлада. Деревянный пол поскрипывал при каждом шаге, словно предупреждая о вторжении злоумышленника.

В главной спальне стояла огромная кровать с балдахином. Из комнаты можно было пройти в большую гардеробную. Там висел выходной костюм, а рядом стояла пара идеально начищенных туфель, будто Арсенио приготовил себе праздничный наряд. Выходя из гардеробной, Мауро с грохотом споткнулся о рукомойник.

Он спустился на первый этаж и, войдя в кабинет, потрясенно остановился. На стене висела большая картина, на которой куклуксклановцы, несколько человек в капюшонах, поджигали распятого чернокожего. Картина, набросок которой он видел в кабинете Освальда Пайка. Кто-то разрезал картину ножом по диагонали. Под ней, наполовину скрытый столом, лежал Боада. Из его распоротой шеи еще лилась кровь. Эмилиано сидел на полу, держа сигару в окровавленных пальцах. Он рассеянно вертел ее, будто размышляя, стоит ли закурить. Наконец, обрезав сигару, он обхватил ее губами. Эмилиано уже собирался зажечь спичку, когда увидел застывшего на пороге Мауро.

— Я должен был это сделать, – просто сказал он.

— Где прислуга? – негромко спросил Мауро.

— Все разбежались. Похоже, я подарил им свободу, – Эмилиано улыбнулся и поджег сигару. Он глубоко вдохнул едкий дым и закашлялся.

— Брось это, пошли, – сказал Мауро. – Нужно уходить, пока сюда кто-нибудь не явился.

— Мне еще нужен Рамирес.

— Почему бы тебе не помучить Бидаче еще немного, чтобы он выдал тебе, где его найти?

Африканец не уловил иронии и воспринял эти слова как искренний совет. Он встал, и они с Мауро вылезли в сад через окно. Пока они шли по улице Анимас, Мауро рассказал Эмилиано последние новости. Отомстив Боаде, Эмилиано чувствовал себя значительно лучше и двигался с какой-то обезьяньей ловкостью. Однако, узнав о смерти Идалины, он согласился с тем, что с острова нужно бежать. Он снова чувствовал себя рабом, обремененным тяжелой жизнью, не скупившейся на пинки и затрещины.