Книга Звездолет, страница 110 – Мелисса Ландерс

— Я мог бы помочь людям.

— В чем же проблема?

— Я бессилен, пока власти не снимут обвинения. И даже если меня примут обратно на фирму, уйдут месяцы, прежде чем перемены станут заметны. – Он наклонился вперед и выразительно посмотрел на Солару. – Тут небезопасно. Множество ужасных вещей может произойти до тех пор. Произойти с тобой.

На миг ей удалось забыть о Веге, но от напоминания по спине вновь пробежали мурашки.

— Не переживай за меня. Со мной все будет хорошо.

— Нет. Ни с тобой, ни со мной – если ты хочешь, чтобы я тебя тут бросил.

Она покачала головой:

— Ты ничего мне не должен.

— Вообще-то должен. Но мои намерения не совсем чисты.

— То есть?

— То есть, – начал Доран, вставая с кровати, – если с меня снимут обвинения, то я хочу, чтобы ты вернулась со мной на Землю и осталась рядом. Навсегда.

— Осталась с тобой? – На секунду сердце воспрянуло. Но потом Солара вспомнила, из-за чего, собственно, улетела. – И что же я стану делать?

— Что угодно.

— Ты забыл про обвинения в воровстве?

— Ты использовала мой счет. Я скажу следователям, что сам разрешил тебе делать покупки.

— Но меня учили всего одной профессии. Когда я улетала, работы механикам было немного, и ничего с тех пор не изменилось.

— Я прослежу, чтобы Сполдинги тебя наняли. Нам всегда нужны механики. Или, если захочешь, я обучу тебя чему-нибудь другому. Например, разработке и развитию продукта. Тогда мы сможем путешествовать вместе, как сейчас.

— И как это будет выглядеть?

Солара посмотрела на свои татуированные костяшки и представила заголовки желтой прессы: «Наследник Сполдингов шляется по трущобам в компании очередной девицы».

— Бывшая обвиняемая работает рука об руку с будущим президентом компании? Ты сам себя слышишь?

— Я найму специалиста, и мы сведем твои татуировки.

— Но я все равно останусь чужой. Я не такая образованная или красивая, как ты…

— Прекрати так говорить, – перебил Доран. – Ты правда красивая.

— Это ты прекрати, – вспылила она. – Я же знаю, что ты несерьезно!

Глаза Дорана полыхнули, он встал вплотную к Соларе и грубо заявил:

— Не рассказывай мне, что я говорю всерьез, а что нет. Когда я вхожу в комнату, то вижу только тебя. Мозг иначе не работает, в тебе есть что-то столь уникальное, что все остальные просто пропадают. Твою красоту нельзя воспроизвести искусственно, она идет отсюда. – Он постучал пальцем по ее груди. – До нашей встречи я понятия не имел, что есть истинная красота, но теперь знаю. Поэтому поверь, ты самая потрясающая девушка в моем мире.

Глаза защипало от слез. Солара попыталась их сморгнуть, но в груди поднималось что-то горячее и болезненное, пока лицо Дорана не превратилось в размытое пятно.

— Мне нравится просыпаться и чувствовать на подушке твой запах, – продолжил он мягче. – Нравится морщинка, которая появляется у тебя между бровей каждый раз, как ты на меня смотришь. И когда я думаю о том, чтобы это все потерять, у меня перехватывает дыхание. – Доран обхватил ее лицо теплыми мозолистыми руками. – Сегодня я представил, каково это – оставить тебя, и понял, что не могу так поступить. И не думай, будто я играюсь в благородство.

— Доран, – прошептала Солара со слабой улыбкой, – я бы никогда не обвинила тебя в благородстве.

— Значит, ты хорошо меня знаешь. – Улыбнувшись в ответ, он погладил ее щеку большим пальцем. – У меня крайне эгоистичные побуждения – ты мне нужна. Я хочу быть там, где ты – где бы это ни оказалось.