Книга Научи любить. После развода, страница 110 – Марика Крамор

Я понял, что меня разбудило. Короткий тихий писк сообщения.

Тянусь к телефону на тумбе.

Лайма: «Ты уже встал, или мне срочно позвонить и спасти ситуацию?»

Уголок губ лениво уходит вверх. Лайма знает, что вчера и позавчера у меня выдались жесткие дни, но я выжил. А вот будильник поставить забыл… Как она опять узнала? И ведь спрашивает, когда у меня реально косяк!

Я: «Живой. Встаю».

И вдогонку:

Я: «Сегодня можно без спасательных операций».

Ответ приходит мгновенно:

Лайма: «Жаль. Я уже морально подготовилась».

Тихий смешок срывается сам собой, спальня остается такой же одинокой и пустой, но уже не такой гнетущей.

Итак. Подъем.

Нахлынивает реальность. Сегодня мне предстоит еще один сложный день, где я рассчитываю поставить точку.

Кофе остывает быстрее, чем я его пью.

По сути, у меня уже все решено. Захожу в офис, в котором стало немного просторнее: меньше людей. Дверь в кабинет Переходова распахнута.

Я вхожу без стука.

Друг отрывает взгляд от бумаг. По выражению его лица понятно: ждал.

— Ну? — уточняет он коротко.

— Наращиваем обороты. Люди на местах. Два контракта в разработке. Денису останется недоломанная игрушка. Которую ему самому придется починить.

— Ты оставил ему слишком много. Щедрый ты, однако.

— Это видимость. Уловка. У него останется пустая система с отработанными методами работы, но результат начнет проседать. Не сразу. А это именно то, что мне нужно. Я хочу, чтобы на его глазах его же активы развалились и превратились в тяжкий груз. А пока он будет барахтаться в этом дерьме, мне продолжит капать процент.

— На его иски плевать, — скалится Переходов. — Он больше хорохорится. Те лазейки, что я ему оставил, на тебя уже никак не повлияют. Тогда запускаемся?

— Я бы сказал, закругляемся, — отмахиваюсь.

Он лыбится как умалишенный. А я все не могу понять, что такого веселого обсуждаем.

— Красиво сделал, Мишань.

— Я не привык играть по чужим правилам.

— Я в курсе. Кстати, ты знаешь, что Лиля ушла от него?

— Предполагал…

Переходов молчит некоторое время.

— Теперь точно знаешь.

— Чего добилась… чего хотела… Дура дурой.

— Да ничего она не хотела. Он поманил, пообещав с три короба. Она решила, что тебя легко заменить. На уши Рзаев умеет приседать. Да и сколько его помню, он тебе завидовал. Начиная с универа. Говорил я тебе, говно он, а не мужик. А ты не верил.

— Друга в нем видел.

— Когда идешь вперед, с друзьями поосторожнее надо.

— С тобой тоже? — колю я.

— Разумеется.

— Ну все хорошо, что хорошо кончается. Лиля осталась у разбитого корыта. Она не претендует на имущество, получает только долю на фирме.

— Долю, которая вскоре, кроме долгов и убытков, ничего ей не принесет, — одобряет Переходов.

— Именно.

— Все. Тогда я отправляю на печать документы по собранию. И все, — лыбится Тим. — Считай, тебя отстранили, Рзаева взяли обратно.

— Вот и пусть поработает. Слегка. Хотя без головы сложно работать.

— Как думаешь, сколько он протянет?

— Четыре месяца, — ставлю я. — Потом рассыплется.

— Мало что-то, — сомневается Тим. — Не боишься, что он тебя в долги загонит?

— С чего бы? Я ж часть доли Лиле отписал, он сам согласился. Вот и будут вдвоем дыры латать. А мне не сильно накладно будет с моими остатками. Слушай. А у тебя чего рот до ушей? Весна в разгаре?