Книга После развода. Спаси нас, страница 22 – Оксана Алексаева

Опускаюсь на стул у её кровати. На то место, где ещё недавно сидел он. Её новый мужчина.

От мысли о нём внутри всё сжимается. Сразу мне не понравился. Смотрит, как будто весь мир у него под ногами. Самодовольный, наглый тип. И главное, самое болезненное — он рядом с ней.

Мне хочется рычать от бессилия, от ревности. Но я делаю то, что могу — сижу тихо, просто рядом. Как вор в собственном доме. Как гребаный шпион, который проник на чужую, запретную территорию.

Осторожно касаюсь кончиками пальцев её щеки. Кожа тёплая, мягкая, почти бархатная.

На секунду вижу ту Элю, какой она была когда-то — смеющуюся, свободную, в белом сарафане, босиком по траве.

Мне хочется закрыть глаза и остаться в этом воспоминании.

Да, воспоминания о ней, о нашем беззаботном счастливом времени — это теперь все, что у меня осталось.

— Я так виноват перед тобой… — шепчу почти беззвучно, чувствуя, как больше не пытаюсь сдерживать в себе всё, что копилось столько месяцев. — Но я обещаю, что сделаю всё, чтобы твой ребёнок родился здоровым. Независимо от того, чей он. Слышишь, Эль?

Она морщится, будто ей снится что-то тревожное. Её пальцы слабо шевелятся, и я мгновенно отдёргиваю руку, будто обжёгся. Сердце колотится в груди, как у подростка, пойманного на месте преступления. Черт.

Она шевелится, ворочается немного, потом вдруг тихо улыбается во сне.

И сквозь лёгкий вздох, почти на выдохе, произносит: — Матвей…

Замираю. Почти не дышу.

Слышу только, как что-то хрупкое рушится внутри — что-то вроде стенки, которая была между нами.

Она зовёт меня. Даже во сне. И в этот момент всё остальное исчезает: усталость, отчаяние, боль, вся логика. Есть только она и звук моего имени на её губах. Сердце делает оборот, словно проваливается вниз, а потом подпрыгивает обратно. Хочется смеяться и плакать одновременно.

Несмотря на всё происходящее — Эля всё ещё где-то там, рядом со мной.

И, возможно, не всё потеряно. Прикрываю глаза и просто стою.

Такая странная тишина, мягкая, невесомая. Я бы вечно так стоял здесь.

Знаю, что должен уйти, но не могу.

Смотрю на её лицо и чувствую, как усталость отступает, давая мне мощный заряд энергии.

Поправляю одеяло, тихо выпрямляюсь, гляжу напоследок на неё и выхожу в коридор.

Почему-то внутри зарождается глупая надежда. Бред, знаю. Но я никак не могу её отпустить.

Надежду, что, может быть, однажды Эля позовёт меня не во сне. А вживую.

Матвей снился мне всю ночь. А на утро просыпаюсь от странного ощущения. В воздухе будто все еще витает его присутствие. Рука инстинктивно тянется к противоположному краю кровати, но находит лишь холодную больничную простыню. Пустота. Такая же глубокая и бездонная, как в тот день, когда я ушла от него.

Глаза еще закрыты, а я уже чувствую эту знакомую тяжесть в груди. Как будто кто-то снова вынул из меня все внутренности, оставив лишь ноющую пустоту. Открываю глаза: белый потолок, капельница, тикающий монитор…

Все стандартно.

Теперь это моя новая реальность.

Кладу ладонь на живот. Держись, малыш. Мы справимся. Но все же…

Почему? Этот вопрос преследует меня с того самого дня, когда Матвей заявил мне, что Галя беременна от него. Почему мое сердце такое глупое, почему оно продолжает биться чаще при одном воспоминании о бывшем муже? Почему оно не хочет забыть человека, который так легко променял нашу семью на одну ночь с моей же сестрой?