Книга После развода. Спаси нас, страница 41 – Оксана Алексаева

— Ключи оставишь соседке, — бросаю я, застёгивая молнию. — А если вздумаешь что-то учудить, я сразу заявлю в полицию. Думаю, ты не хочешь, чтобы Мия осталась совсем без родителей.

Слышу за спиной её сиплый, почти срывающийся крик: — Да пошёл ты к чёрту! Все вы! И Эле передай!

Закрываю глаза и понимаю, что ничего не чувствую. Ни злости, ни жалости. Только тишину. Ту самую, когда всё кончено.

В груди становится неожиданно спокойно, ведь мне больше не нужно ничего ей отвечать.

Я очень хочу обратно, к ним. К Эле и моему маленькому борцу Вите.

Новый день встречает меня серостью. Лежу, смотрю в потолок и думаю о нём.

Матвей не приходил ко мне со вчерашнего дня. Сначала я искала ему оправдания, много работы, дела, операции. Он ведь весь в пациентах, все-таки не маленькая ответственность. Но сегодня пересилила себя и всё-таки спросила у медсестры, не дежурит ли он.

Она пожала плечами и ответила будничным тоном, что Матвей Вадимович взял отгул.

Вот тогда-то сердце и ёкнуло болезненно.

Ответ всплыл сам, как заноза, которую невозможно вытянуть. К Гале.

Конечно, к ней, к кому же ещё. Наверное, захотел навестить их с малышкой.

Смешно, но у меня получилось улыбнуться. Правда, горько. Потому что даже после всех этих унижений, предательств, после того, как он выбрал Галю — я всё равно люблю его. Не могу не любить.

Между нами теперь сын, наш Витюша. Я живу и дышу ради него, молюсь, чтобы он скорее окреп. И ради малыша учусь принимать всё таким, какое оно есть, даже если слишком больно.

Сыночку стало немного лучше. Сегодня врач сказал, что вес потихоньку растёт, дыхание выравнивается. И когда-нибудь нас выпишут домой, когда нам с сыном точно ничего не будет угрожать.

Домой… Хотя где теперь для меня дом?

Закрываю глаза, пытаясь удержать спокойствие, но внутри всё дрожит.

Дверь тихо приоткрывается, в палату заходит Слава, со своей привычно доброй улыбкой. В руках пакет у него пакет с фруктами.

— Привет. Как ты?

Пытаюсь улыбнуться в ответ.

— Нормально, — выдыхаю, хотя сама слышу, как в голосе звучит усталость.

Он ставит пакет на тумбу.

— Врач сказал, что у Вити показатели хорошие. Так что вы с ним большие молодцы.

Киваю и понимаю, что пора. Пора сказать то, что давно вертится на языке и не даёт покоя.

— Слав, — голос слабеет. — Надо поговорить.

Друг сразу напрягается, будто улавливает между строк. Отодвигает стул, садится рядом, опускает взгляд.

— Что-то случилось?

Я сжимаю пальцы крепче, чтобы они перестали дрожать.

— Случилось давно, просто я всё никак не могла решиться сказать.

Пауза.

— Спасибо тебе за всё, правда. Слав, ты… Очень добрый. Я не представляю, как бы справилась без твоей помощи, без твоей поддержки. Ты всегда был рядом, не требовал ничего взамен.

Он слегка улыбается, а у меня вдруг щиплет в горле.

— Я не знаю, как тебя отблагодарить, Слав. Но я хочу быть с тобой честной.

Делаю вдох.

— У нас ничего не получится.

Он даже не возмущается и не спрашивает почему, просто закрывает глаза на секунду и отвечает тихо:

— Я знаю, Эль.

Сердце будто спотыкается. — Правда?

— Да, — кивает, улыбаясь грустно. — Я не ждал от тебя большего. Всё, что делал, делал не ради чего-то. Просто хотел, чтобы тебе стало легче. Моя помощь была бескорыстной.

И я так благодарна ему, что хочется плакать.