Книга Она моя дочь?, страница 67 – Соня Вишнякова

-

Он вышел из магазина с большим розовым зайцем. Это вызвало у меня улыбку, но в тот же момент почему-то стало страшно ещё больше.

Что-то надвигается на нас, со страшной силой оттесняя прошлое.

Что это будет — катастрофа или большое счастье? Об этом узнаем только спустя долгое время. А сейчас, Давид, обхватив рукой игрушку, величиной с сенбернара, тащит её в машину.

Давид открыл деверь, запихнул игрушку между нами, сел и сосредоточенно глянул вперёд.

— Поехали.

Машина отъехала от тротуара и по знакомому маршруту мы поехали домой.

По названному адресу такси вскоре въехало во двор и остановилось у подъезда.

Мы вышли из машины. Наконец-то дома. Я посмотрела на окна кухни. Штора колыхнулась, или мне показалось. Мы с Давидом пересекли двор, вошли в подъезд. На лифте поднялись на пятый этаж. Из лифта направо, сделали несколько неуверенных шагов и я остановилась у квартиры.

Взволнованно вздохнув, Лиза окинула меня взглядом с ног до головы. Словно оценивая, достаточно ли хорошо выгляжу, чтобы представить меня дочери.

— Ну, как я, нормально? — спросил, приподнимая игрушку чуть выше.

— Да, с этим зайцем в руках ты выглядишь — что надо, — кивнула Лиза и несмело надавила на кнопку звонка.

Дверь открылась почти сразу. На пороге — женщина. Приблизительно так я и представлял маму Лизы, невысокая, симпатичная, с тёмными, короткими, кудрявыми волосами. Одета в домашний костюм цвета беж и розовые тапочки.

Взгляд её не означает ничего хорошего, не слишком приветливый, оно и понятно.

— Здравствуйте, — сказал я.

— Добрый день, а мы уже вас заждались, — немного официально произнесла мама и метнула настороженный взгляд на Лизу.

— Мама, познакомься, это — Давид, — указала на меня Лиза.

В её голосе я почувствовал напряжение, как будто она не слишком хочет представлять меня своей маме, но по воле обстоятельств сделать это пришлось.

— Ну, что ж, очень приятно, — ответила мама, натянуто улыбнулась, и на её лице не выразилось то, о чём она говорит.

Всё понимаю. Я появился как снег на голову и она, в отличие от дочери, точно не считает меня хорошим человеком. Она ведь — мама Лизы. Именно ей пришлось несладко, в то время, когда по моей вине страдала её дочь.

— Прошу, проходите, не стойте на пороге, — сказала мама, разглядывая розового зайца и указывая вглубь квартиры.

Я вошёл, огляделся. Наверное, глупо выгляжу. Вспотевшей ладонью судорожно сжимаю меховую игрушку. Подошёл к проёму в комнату и сразу увидел девочку, сидящую за столом. Она обернулась. Увидев нас, бросила карандаш, кинулась к Лизе и обхватила её руками.

— Мамочка, я так и знала, так и знала, что ты сегодня приедешь! — звонко выкрикнула.

Лиза спокойно обняла и поцеловала дочь. Нежно прижала к себе и сразу отпустила. Девочка неуверенно повернулась ко мне, осмотрела розового зайца и, глядя мне прямо в глаза, заинтересованно спросила:

— А вы кто? И для кого эта игрушка?

И вот сейчас слова застряли у меня в горле. Совершенно не представляю, что говорить, а все с тревогой ждут, что же я отвечу.

Очень хочется сказать: «Аня, я твой папа, но не могу, понимаю, это будет неправильным сейчас».

Скорее всего, Лиза и её мама ждут от меня совсем не этого.

— Привет, я Давид, — сказал весело и протянул девочке игрушку, — а это для тебя, подарок.