Книга Дерзкий Уайлдер, страница 126 – Ребекка Яррос

— Давайте мы с Лендоном покажем вам рампу, — предложила Пенни, сверкнув улыбкой, которая обычно ослепляла любую особь мужского пола.

Лендон закатил глаза, но не стал спорить.

— Да, вам надо увидеть, откуда Уайлдер начинает набирать скорость, — сказал он и увел операторов следом за Пенни, оставив нас с Лией наедине.

— Давай рассказывай, — потребовала Лия, как только они отошли подальше.

— Лия… — Ее имя со вздохом сорвалось с моих губ, когда она встала прямо передо мной.

— Такого раньше никто не делал, да? Никто не смог завершить этот трюк? Посмотри на меня, Пакстон.

Я посмотрел ей в глаза, в которых явно читалась паника.

— Да, никто не смог завершить этот трюк.

Лия скрестила руки на груди, но не от злости. Скорее пыталась не дать себе сорваться.

— Ладно. Кто еще, кроме тебя, пытался его исполнить?

Я стиснул зубы. Мне не хотелось отвечать. Вот бы затащить ее обратно в наш гостевой домик и заниматься с ней любовью, пока она не забудет про этот вопрос… Пока мы оба не забудем обо всем, что ждет нас снаружи.

— Пакстон.

— Я знаю лишь одного человека, который пытался его исполнить.

— И где он сейчас? Все еще продолжает попытки?

— Я сильно в этом сомневаюсь.

— Почему?

Ее взгляд умолял меня сказать правду.

И я сказал правду, нарушив данную ему клятву молчать, потому что не мог вынести лжи.

— Потому что теперь он прикован к инвалидному креслу. Он неудачно упал на последнем вращении и остался парализованным.

Вот, я это сказал.

Я думал, ее реакция будет подобна ядерному взрыву. Однако это было скорее похоже на электромагнитный импульс. Взрыва не произошло, но свет радости в глазах Лии, сиявший все утро, мгновенно померк.

Я предпочел бы встретить ее ярость, чем наблюдать, как снова возводятся эти гребаные стены.

Лия не сказала ни слова, просто поцеловала меня, и ее поцелуй был пронизан страхом и отчаянием. Потом она отвернулась и просто ушла к тому месту, где вчера просидела весь день.

Да. Лучше бы она на меня наорала. Все что угодно, лишь бы не это глухое молчание.

Когда я надел снаряжение, готовясь к первому за день подъему на трамплин, я посмотрел на трибуну, ожидая увидеть пустое место.

Но Лия все-таки не ушла. Она сидела, вытянув ноги в легких белых брюках, и читала одну из книг по литературе, привезенную Пенни с корабля. Она знала, насколько опасен мой трюк. Знала, что в любую минуту меня могут увезти на скорой в больницу, — и все равно осталась рядом.

Проклятое давление в груди вновь нарастало, в десять раз сильнее прежнего, и внутри все горело огнем, который могла унять только Лия, ведь она была словно целительный бальзам для всего, что во мне сломано.

Главное, чтобы я не сломал и ее тоже.

Миконос

Он сумасшедший. В прямом смысле слова. Это единственная причина, которую я сумела придумать. Единственная причина, по которой он так с собой поступает. Любой из этих людей мог испортить тормоза для зиплайна или ослабить его защитный нагрудник, но Пакс все равно рисковал, доверяя им свою жизнь. В который раз. Наблюдать за ним вчера было непросто, а сегодня — и вовсе невыносимо. Он приступил к очередному разгону на рампе — я уже сбилась со счета, сколько их было, — и я затаила дыхание, наблюдая, как он взлетает, переворачивается в воздухе и приземляется в поролоновой яме, почти завершив третий оборот. Слава богу, день уже близился к вечеру, потому что я просто не знала, сколько еще выдержит Пакстон, не говоря уже о том, сколько еще смогу выдержать я сама.