Книга Дерзкий Уайлдер, страница 155 – Ребекка Яррос

— Как будто мне нужно напоминание, — пробурчал я, заходя к себе в спальню.

Я закрыл дверь, запер ее на замок, бросил сумку со снаряжением на кровать и вышел на свой балкон. Мое сердце вмиг переполнилось этой некстати нахлынувшей любовью, стоило только увидеть Лию. Она лежала на шезлонге и читала учебник физики, щурясь в угасающем свете дня.

— Привет, Огонек, — тихо сказал я, и она отложила учебник.

— Привет. — Она потянулась, как после сна, и ее футболка задралась на гладком животе. — У меня ощущение, что я здесь просидела полдня. Тебя долго не было.

— Извини, я заглянул в спортзал на обратном пути.

Это было неубедительное оправдание. Да, я действительно пошел в спортзал, но не столько для тренировки, сколько для успокоения мыслей.

— Ладно. Я набрала в кафетерии еды, потому что ты пропустил ужин. — Лия указала куда-то вглубь комнаты.

Я подошел к ней, присел на шезлонг, наклонился и прижался губами к ее животу.

— Ясно, — сказала она, запустив пальцы мне в волосы. — Как я понимаю, ты не голодный.

— Я очень голодный, но я не о еде.

Я приподнял ее футболку над кружевным красным бюстгальтером, и все мое тело взмолилось о ней, желание, нараставшее с тех пор, как я понял, что люблю Лию, наконец вытеснило все мысли из моей головы.

Она выгнула спину, подавшись навстречу моим губам, когда я провел языком по ее обтянутому кружевом соску, и прошептала мое имя. Черт, мне нравилось, как Лия называет меня по имени в минуты предельного возбуждения. Мне нравилось, что мое имя становится для нее синонимом удовольствия.

Она подняла руки, и я снял с нее футболку.

— Пакс… мы на балконе, — сказала она, когда я стянул штаны для йоги с ее стройных, красивых ног.

— Со стальным ограждением по пояс со всех сторон. Нас никто не увидит, — ответил я. Я никому не позволю увидеть ее обнаженной. Она вся моя и только моя. Включая… ох… эти красные кружевные трусики. — Красные, — прошептал я, чуть не проглотив язык.

— Вместо флага, — сказала она с соблазнительной улыбкой.

Я сорвал с себя футболку и навалился на Лию, чтобы ощутить ее кожей. Она чуть сдвинулась подо мной и обняла меня ногами за бедра.

— Понял, — сказал я, довольный, что по-быстрому принял душ в спортзале.

Потом я ее поцеловал, и она вся открылась навстречу моим губам, и мы превратились в вихрь блуждающих рук, языков и тихих стонов. Все в ней меня опьяняло, все в ней требовало моей полной сосредоточенности. Когда я сжимал Лию в объятиях, остальной мир исчезал, словно на всем корабле оставались лишь мы вдвоем… на всей Земле.

Ее руки скользнули под мои шорты, и я быстро стянул их и сбросил. Она потянулась ко мне, но я перехватил ее запястья.

— Хочу тебя боготворить, — прошептал я ей на ухо и легонько прикусил за мочку. Если я был не в силах выразить словами, что люблю ее до беспамятства, выражу по-другому: руками, ртом, всем собой. Я покажу ей свою любовь каждым поцелуем, задерживаясь в тех местах, где у нее перехватывает дыхание, например на чувствительных участках кожи под ее идеальной грудью.

Я коснулся губ Лии, затем поцеловал глубже, пока не перестал понимать, где ее рот, а где мой. Ее ноги чуть сдвинулись, сомкнулись у меня за спиной, и я застонал от восхитительного ощущения: она была такой влажной, податливой, уже готовой меня принять.