Книга Дерзкий Уайлдер, страница 168 – Ребекка Яррос

— Объясни. — Мой голос был таким же бесцветным и омертвевшим, как все во мне.

— Сначала все было для того, чтобы Рейчел поехала в этот круиз. Все, что ты перечислила, и даже больше.

— Вот урод!

Что могло означать «даже больше»?

— Ты всегда знала, что я такой, — сказал Пакстон и провел рукой по волосам. — Черт, все идет совершенно не так, как было задумано.

Я скрестила руки на груди.

— А как было задумано?

Ты собирался разбить мне сердце? Играть со мной, пока не сумеешь вернуть Рейчел?

— Да, я использовал тебя, чтобы заполучить на корабль Рейчел, но не для себя, честное слово.

Я рассмеялась, и это был нехороший, злой смех.

— Охотно верю.

— Это правда.

Я с такой силой сжала кулаки, что ногти впились мне в ладони. Слово «правда» в его исполнении казалось насмешкой. Боже, какой же я была дурой! Как восторженная старшеклассница, ослепленная первой любовью.

— На этом снимке ты просто целуешься с ней, вот и все.

— Во-первых, я понятия не имею, как этот снимок оказался у меня в сейфе. Я не видел его с тех пор, как два года назад оторвал половину с Лендоном и убрал фотографию в коробку под кроватью. Тот, кто подложил снимок к моим документам, явно знает, где я храню личные вещи дома, и знает, как открыть мой сейф.

— С Лендоном?

Что за хрень?

— Да. С Лендоном. Это он влюбился в мою девушку и спал с ней у меня за спиной, пока я пытался ухаживать за ней со всем уважением и держать себя в руках.

— Лендон, — тупо повторила я, пытаясь осмыслить услышанное. — Я думала, это был Ник.

— Ник? Ник никогда бы так не поступил. Он обожал Брук, я думал, на сегодняшний день у них будет уже трое детей. Это Лендон. Я написал на том снимке «Помни о главном», чтобы показать его Лендону, который тоже был на фотографии. Стоял рядом с нами и смотрел на Рейчел, как влюбленный щенок. Вот тогда-то мне все стало ясно. Ни один парень не смотрит такими глазами на девушку своего лучшего друга. Лендон признался, что они вместе с весны. Типа «мы не хотели сделать тебе больно» и «мы не хотели раскола команды, но мы любим друг друга». — Пакстон невесело рассмеялся. — Ничего так любовь, когда ты целуешься со своим парнем и одновременно спишь с его лучшим другом. Если это любовь, мне такого не надо.

— Ясно, — сказала я, просто чтобы заполнить паузу. Потому что не знала, что можно на это ответить. Ему не нужна моя любовь? Или любовь вообще? — А что значит «Помни о главном»?

— Я пытался напомнить Лендону, что для нас самое главное. Мятежники. Наша команда. Ради чего мы так упорно трудились… и что он готов был разрушить. А потом я принял одно из худших решений за всю свою жизнь. Я поставил ему ультиматум. Либо она, либо мы.

— Ты за нее не боролся? — спросила я.

Будет ли он бороться за меня? И точно ли мне этого хочется?

— Я ее не любил. Тогда мне казалось, что да, но теперь я понимаю, что нет. Сначала Лендон выбрал ее. Ушел из команды. Я разорвал фотографию, выкинул часть с другом, а сам снимок убрал в коробку под кроватью. Как напоминание, что делает с нами любовь: разрушает все самое дорогое, заставляет тебя отказаться от самых близких на свете людей из-за временного гормонального всплеска, который неизбежно сойдет на нет. По крайней мере, так я считал тогда. Когда Лендон ушел из команды, когда он меня предал… предал всех нас… это было так больно. Да, Рейчел тоже причинила мне боль, но Лендон просто убил. Он разрушил все, чем я жил.