Книга Хозяйка дома Бхатия, страница 82 – Суджата Масси

— Мне кажется, это отличная мысль! – заявила Кора, как будто Первин уже дала ей положительный ответ. – Собственно говоря, я-то к вам приехала потому, что хочу подать на Бхатия в суд за отказ от строительства клиники.

У Первин перехватило дыхание.

— Но… на каком основании?

— Вы же сами сказали, что эти их финансовые махинации противозаконны. – Заметив, видимо, неодобрение у Первин на лице, Кора добавила: – О расходах не переживайте. Мэнни хочет, чтобы я была счастлива и занималась тем, что мне нравится. А я хочу основать Женскую лечебницу имени княгини Коры.

Первин попыталась подобрать нужные слова:

— Это просто замечательно, что вы решили спасти это начинание. Но для того, чтобы подать в суд на Бхатия, у вас нет никаких оснований. Если вы хотите построить лечебницу, пригласите к диалогу заинтересованных дам. Кроме того, у вас есть еще одно преимущество – принадлежность к княжеской семье, вы можете договориться с другими княгинями, и мусульманками, и индуистками, чтобы они что-то пожертвовали.

— У меня нет подруг среди индийской знати, – возразила Кора. – Все знакомые мне княгини живут в пурде^[56]. Но если я займусь строительством больницы, европейцы из Бомбея будут вынуждены со мной считаться. Станут меня уважать, как уважали Уму. А кто она теперь? Просто хозяйка Бхатия-Хауса, и только.

Первин прекрасно понимала: Кора с ее простецким происхождением очень переживает из-за общественного непризнания. Но использовать строительство больницы как ступень к вершинам общественной иерархии просто глупость. Первин негромко произнесла:

— Благотворительность помогает обзавестись дружескими связями и другими общественными привилегиями, но важно не терять из виду сути дела.

— Если вам так важна суть, почему вы не хотите браться за это дело? Давайте вместе их засудим! – Кора поудобнее устроилась на стуле.

— Вы мне только что сообщили, что Ума пыталась вернуть пожертвования. Бхатия не нанесли вам никакого ущерба. – Первин поднялась – в надежде, что Кора последует ее примеру.

— Но вы же сказали… – Кора воздела указательный палец, отягощенный изумрудом. – Вы сказали, что сбор денег на благотворительность прошел с нарушениями. Этого достаточно для судебного разбирательства. И тогда судья позволит мне встать во главе проекта.

— Чтобы собирать средства на строительство больницы, вам не требуется разрешения судьи. – Первин шагнула в сторону двери. – Княгиня Кора, признаться честно, у меня очень много дел. Через несколько недель очень сложное судебное заседание, причем я работаю без оплаты.

— Ха! Вас послушать – вы прямо адвокат Бхатия и пытаетесь их выгородить. Или есть иная причина, почему вы решили представлять интересы Сунанды?

Первин подавила желание вытолкать противную девицу за дверь. Однако голос ее звучал невозмутимо:

— Возвращаясь к вашему первому запросу – найти юриста, который будет представлять ваши интересы, – я, конечно же, могу порекомендовать вам другого поверенного. Например, фирму «Брэдбери и Кулкарни», у них контора на Эльфинстон-сиркл…

— Не трудитесь мне указывать, как поступить. – Кора вскочила так стремительно, что с колен у нее упала сумочка. – Я окончательно убедилась, что совсем одна в этой стране.

Первин нагнулась, чтобы поднять шелковый ридикюль – он был меньше того, который изгрызли собаки. В этом, похоже, лежала книга: наверное, тот же роман, подумала Первин.