Книга Стеклянный угорь, страница 22 – Дж. Дж. Фиртел

Ей ответила тишина. Потом снова мелькнул луч фонарика, осветив ели над ручьем. Джанет с досадой покачала головой. После наступления темноты пробираться под елями и лиственницами удовольствия мало. Между корнями таились заросшие высокой травой болотные лужи; один неверный шаг – и нога проваливается в жижу. Пробираясь к крутому берегу ручья, она замерзла и промокла, а на правой щеке непонятно откуда появилось большое грязное пятно. У Джанет внутри кипел гнев, и она собиралась высказать браконьерам все, что о них думает. Внизу у ручья виднелся свет – луч фонарика, теперь уже неподвижный и направленный в сторону пролива. Если кто его и держал, она не видела.

— Эй! – крикнула она. – Тут частная собственность. Ночь уже давно. Валите отсюда!

Никто не ответил. Сердце у нее забилось быстрее. К ручью спускался невысокий, но непредсказуемый откос. Она ухватилась за деревце, чтобы удержаться, но почва ушла из-под ног, и тонкий ствол выскользнул из рук. Падение превратилось в полет: тело полностью отделилось от земли. Она обхватила голову руками, боясь удариться о камень, и попыталась сгруппироваться, но нога зацепилась за торчащий из земли корень и вывернулась. Ботинок слетел, ногу выше колена пронзила острая боль, Джанет закричала и рухнула туда, где уже вроде начиналась вода, но вместо воды упала спиной на глинистый склон. Подошва здоровой ноги ткнулась в нечто мягкое, плотное, подавшееся в сторону от удара. Джанет сползла ниже и снова уперлась в препятствие ногой. Несмотря на адскую боль, она поняла, что это не земля, не камень и не какое-то животное. Лежавший сверху фонарик скатился в воду, ненадолго осветил дно ручья и погас.

Она немного полежала на спине, словно перевернутый краб. В колене пульсировала боль. Налобный фонарь слетел с головы и лежал в нескольких футах, освещая кромку воды. Между лопатками впилось что-то острое – не то корень, не то упавший сук. Дыхание перехватило от удара о землю, и она не сразу смогла отдышаться.

Наконец, когда мир вокруг как будто перестал вращаться, она сделала несколько коротких вдохов, потому что на большее не хватало сил, и ощупала себя, чтобы оценить повреждения. Нога не двигалась, а при попытке подтянуть к себе колено тело электрическим разрядом пробивала боль. На руках Джанет подползла по грязи к налобному фонарю, закрепила его на голове и повернулась, чтобы рассмотреть преграду, остановившую ее падение в ручей. Луч фонаря высветил мокрую смятую массу фланели и шерсти. Джанет разглядывала ее, тяжело дыша.

Потом направила фонарь на поверхность воды и наткнулась на взгляд широко открытых в испуге неподвижных глаз. Она отпрянула от этого распухшего синеватого, но вполне узнаваемого лица.

— Джои, – выдохнула Джанет сдавленным от страха и одышки голосом. Джои Пицио лежал без движения у большого камня: половина тела на суше, половина в воде. Она замерла. – Джои, – повторила она хриплым севшим голосом. Кровь бросилась в голову, она попыталась отползти на руках, но поскользнулась в грязи. Теперь она лежала почти на нем.

Джанет дала Джои пощечину, потом еще одну, открыла ему рот, чтобы понять, дышит ли. Во рту стояла вода из ручья. Джои был мертв. Она начала задыхаться. Боль в ноге не утихала. Джанет вдруг осознала, что скулит, как раненый зверь.