Книга Книжники. В объятиях прошлого, страница 142 – Ирина Фуллер

Он поднял на нее глаза и усмехнулся. Она продолжила стоять: Артур Кинг у ее ног, хотя бы так.

Когда он встал, все же бросил взгляд на бумаги, которые передавал.

— Объяснительная? Что вы наделали на этот раз, Констанция?

Она выхватила листы.

— Там что, написано «Артуру Кингу»? .

Вопрос был задан безо всякого подтекста, если только слегка язвительно, но тут же напомнил и ей, и, судя по всему — ему, о послании, действительно подписанном его именем.

Неловкая тишина была столь густой, что Констанции стало трудно дышать. Немного успокоившееся раздражение снова завладело ее существом, как происходило всегда, когда она вспоминала о прежних чувствах.

Артур, напротив, после этого небольшого взаимодействия будто смягчился.

— Вам вчера удалось вывести меня из себя, — признался он вдруг совсем не воинственно. — Если не выиграете соревнование, можете, по крайней мере, знать, что очень мало людей смогли по-настоящему заставить меня потерять самообладание.

Констанция вздернула бровь:

— Только я выиграю.

Кажется, его разозлило то, что она не отозвалась на завуалированный призыв к миру, вместо этого снова бросив вызов. Кинг чуть склонил голову, прищурил глаза.

— Почему вы так в этом уверены?

Она сделала шаг навстречу, однако Артур, надо отдать должное, не шелохнулся.

— Потому что я хочу, — заявила она негромко и, возможно, излишне чувственно.

— Я тоже… хочу… — отозвался он не менее многозначительным тоном, и Констанции на миг показалось, что они как будто прощупывают грань между ссорой и флиртом.

Она поправила лацкан его пиджака — жест покровительственный, демонстрирующий превосходство.

— Нет, Артур, вы не хотите проиграть. А я хочу выиграть. Это разное.

Кинг взял ее ладонь и чуть сжал, отводя в сторону. Могло показаться, что они вели себя как любовники: стояли в коридоре, держались за руки. Но и в ее движениях было больше вызова, чем страсти, и он сжимал ее скорее с настойчивостью и легким раздражением, нежели с нежностью и заботой.

— Не слишком ли много усилий, чтобы досадить мне? — поинтересовался он с ироничной усмешкой.

— Не стоит волноваться, мне это только в радость.

Взгляд упал на его светло-бежевый галстук. В этот раз Кинг не надел жилетку, поэтому кончик галстука не прятался под плотным материалом. Констанция подавила дерзкий и ребяческий порыв, но следующий ответ смел всю ее разумность:

— Найдите уже удовольствие в чем-то другом, Констанция. Оно не обязательно должно быть связано со мной. Казалось бы, за три года вы должны были это уяснить. Нет?

Она высвободила руку, опалила Артура яростным взглядом, а затем подцепила нежный нюдовый галстук и поцеловала, оставив отпечаток губ. След от стойкой помады получился не слишком насыщенным, но вполне заметным. Возмущенный, шокированный взгляд Кинга заставил ее широко улыбнуться.

— Ну как это, Артур, — томно протянула она, — что может удовлетворить лучше, чем победа над коллегой, который тебя бесит?

Кинг медленно опустил взгляд на галстук, снова посмотрел на Констанцию.

— Интересно, — мрачно проговорил он и принялся развязывать тугой узел. — Обязательно попробую ваш способ. У меня как раз на примете есть такая коллега… А вы пообещайте попробовать мой способ расслабляться после работы.

— Какой? Начищать зеркало до блеска? — голос ее был дерзок, однако она сделала пару шагов назад, так как движения Кинга выглядели угрожающе.