Книга Неизлечимая меланхолия Эмилии Лестер, страница 67 – Ли Льеж

Джин, которая была значительно опытнее, вдова Гарибальди поручила подрезать кусты и формировать клумбы. Анна Незер тихонько щёлкала садовыми ножницами в отдалении от всех, и никто точно не знал, чем она занимается. Сама вдова Гарибальди будто обрела второе дыхание: она занималась всем и сразу, и делала это с таким вдохновением, что всем скоро стало понятно: садоводство — истинная её страсть.

Спустя три часа напряжённой работы дамы присели отдохнуть между запущенных куртин. Сердобольная Марта принесла им сделанный на скорую руку лимонад — не очень холодный, но всё равно освежающий. Эмилия с наслаждением выпила целый стакан, чувствуя себя очень уставшей и очень довольной одновременно. Она посмотрела на Джин: та тоже выглядела утомлённой, но не измученной. Волосы Джин растрепались, на щеках проступили красные пятна, платье кое-где промокло от пота. Да и сама Эмилия выглядела не лучше — точнее, намного хуже, ведь Джин-то была красавицей.

— Великолепный сад! — с чувством произнесла синьора, тщательно моя руки в ведре с водой, принесённой из колодца. — Лучший сад в Вайтберри! Вы просто лентяйка, моя милая, раз позволили так его запустить.

Эти слова, конечно, предназначались Эмилии. Но она не почувствовала себя уязвлённой: вдова Гарибальди всегда говорила только то, что думала, и в данном случае была совершенно права.

— Мне не хватало поддержки и руководства, — слегка туманно ответила Эмилия, решив не упоминать о меланхолии, которая мучила её все эти годы. — Но теперь, с вашей помощью, я надеюсь оживить мой сад… и мой дом.

— И мы это обязательно сделаем! — синьора подняла стакан с лимонадом, будто это был кубок, приглашая чокнуться в знак единодушия.

Эмилия и Джин с радостью присоединились к ней. Анна Незер могла бы тоже поучаствовать в произнесении тоста, но она уже спряталась за каким-то кустом с ножницами для обрезки сухих ветвей, и о ней не вспомнили.

День клонился к вечеру, хотя солнце стояло ещё высоко. Тени стали глубже, цветы пахли выразительнее, а небо приобрело тот особенный оттенок лазурного, какой появляется только в тёплые весенние сумерки… Этот день мог бы закончиться так же хорошо, как начался, но судьба вновь приготовила нашей героине сюрприз. Хотя, если разобраться, сюрприз предназначался вовсе не Эмилии…

— Так-так! Внеочередное собрание Клуба Примитивных Женщин в самом разгаре! А как же я? Меня вы не думали пригласить?

Джин побледнела и резко обернулась. Вдова Гарибальди скривилась, будто выпила уксусу. Эмилия медленно поставила стакан на поднос и встала, чтобы лучше видеть говорившую. Конечно, это была Джессика, наряженная во что-то напоминающее не то теннисный костюм, не то амазонку для верховой езды. Должно быть, так в её представлении выглядел наряд, подходящий для садово-огородной работы. Золотистую голову мисс Рэтч венчала изящная шляпка, в ушах сверкали крупные бриллианты. Эмилия не могла поверить, что Джессика действительно явилась без приглашения, хотя буквально пару дней назад она клялась, что не будет «копаться в грязи». Что заставило эту надменную особу изменить своё решение?

Более того: сегодня Джессика была не одна. Её сопровождал высокий юноша в автомобильном костюме — старший брат и наследник семейства Рэтчей, Уильям Рэтч.