Книга Мила. Принцесса легкого поведения, страница 21 – Тина Солнечная

— Может, мне ещё и трусы снять? — не выдержала я, почти выкрикнув это.

Агалья охнула, словно я только что предложила ей сжечь дворец.

— Боже упаси! Стыд какой! Да что с вами сегодня! — она вскинула руки, как будто пытаясь защититься от моей атаки. — Вы же знаете, я вам не причиню зла!

— Добра мне тоже причинять не надо, — буркнула я, глядя на её отражение в зеркале. — Говори правду. Зачем ты так меня выряжаешь? Король велел?

Агалья вдруг замерла. Её уверенность слегка дрогнула, и в глазах мелькнула тень сомнения.

— Не велел, — осторожно начала она, словно взвешивая каждое слово. — Но выразил своё желание… обратить ваше внимание на посла.

— Принцессу замуж за посла? — я с сомнением приподняла бровь, чувствуя, как в груди зарождается смесь раздражения и удивления.

— Послом поехал младший принц, — наконец, сдалась Агалья, опуская взгляд.

На мгновение комната наполнилась тишиной. Я обдумывала её слова. Младший принц. Конечно. Ну что ещё могло значить это платье, эта прическа и это чёртово колье, давящее на шею?

— Понятно, — тихо сказала я, глядя на своё отражение. — Значит, обед будет куда более интересным, чем я рассчитывала.

К слову, я наконец выяснила, почему меня так активно пытаются выдать замуж.

Всё оказалось проще, чем я ожидала, но от этого не легче. Король обязан передавать корону либо когда его отпрыску исполняется двадцать пять, либо спустя тридцать пять лет правления. Что произойдёт раньше, то и определяет судьбу трона.

Если наступает второй вариант, трон может быть передан практически кому угодно. Конечно, не крестьянину, но выбор становится весьма широким. Именно поэтому моя мачеха так завелась. Через год исполнится тридцать пять лет, как отец на престоле, а вот до моих двадцати пяти ещё далеко.

Я ещё не готова. Да и не только я. Судя по всему, отец считает так же. Поэтому он пытается найти того, кто, по его мнению, станет достойной заменой.

Принцы приходят и уходят. Кажется, некоторых я видела по несколько раз. Но пока что всех отвергала. Отец утешает себя тем, что союзников у него много, а у них всегда найдётся пара-тройка сыновей для очередных смотрин.

Но проблема в другом. Если я никого не выберу, трон достанется брату. Младшему, малолетнему, но всё же брату.

И знаете, это ещё не худший вариант.

Отец, похоже, совершенно не доверяет мне. Боится, что моя «депрессия» погребёт все его труды. А вдруг я отдам трон матери?

Вот этого он боится сильнее всего.

Вероятно, он прав. Я и сама не знаю, как поступила бы, окажись корона в моих руках.

В конечном итоге, я послушалась Агалью и вышла на обед с послом одетая так, что меня действительно можно было подавать к десерту. Лучше бы я выпрыгивала из торта — это хотя бы выглядело бы оправданно. Но, увы, моя «должность» не позволяет подобных выходок.

Даже мои роны не сдержали улыбок, когда увидели всё это великолепие. А ведь они мастера держать лицо невозмутимым, как сама вечность.

— Ваше Высочество…

— Молчите, я и сама всё знаю, — оборвала я. Меня злило это излишнее великолепие. Даже в своём мире и в самой простой жизни я бы никогда не выбрала подобный наряд.

Сегодня со мной были все трое. Когда мы двинулись к залу, где предстояло встретить посла, я сразу заметила, что они напряжены. Они буквально сканировали каждый поворот, перекидывались короткими фразами, а перед очередной лестницей Гаарон остановил нас, чтобы проверить ход для прислуги.