Книга Мила. Принцесса легкого поведения, страница 37 – Тина Солнечная

— Тебе, значит, нравятся мужчины, которые готовы карабкаться ради тебя на любую высоту?

— Безусловно, — кивнула я. — Но только если это не просто показуха. Мне не нужен герой, который решится на подвиг один раз ради красивого жеста. Мне нужен тот, кто не сломается. Кто будет рядом, даже если деревья кончатся.

Рон замолчал.

А затем вдруг кивнул куда-то вперёд, словно проверяя обстановку.

— Идём, здесь слишком много ушей, — его голос стал ниже, напряжённее.

Я даже не спрашивала, куда он меня ведёт. Просто шагнула следом.

Мы свернули за угол, миновали колонны внутреннего дворика и оказались в одном из боковых коридоров, почти пустом.

Я уже собиралась задать вопрос, но он остановился первым.

— Ты слишком беспечна с принцем. Он пока играет по твоим правилам, но если решит иначе, ты сможешь справиться?

Я приподняла бровь.

— Ты хочешь сказать, что я слаба?

— Я хочу сказать, что ты недооцениваешь мужчин, у которых есть цель.

Я шагнула ближе.

— А тебя? Тебя я тоже недооцениваю, Дрейксар?

Он задержал взгляд на моих губах, но быстро поднял глаза обратно.

— Тебе нельзя играть со мной так, как ты играешь с ним.

— Я не играю.

— Тогда что ты делаешь?

— Разве ты сам не чувствуешь?

Он не ответил.

Я приподнялась на носочках и скользнула пальцами рук по его плечам и остановилась, только когда мои руки обвили его шею.

— Это неправильно, — выдохнул он, голос предательски дрогнул.

— Неправильно будет, только если ты остановишь меня.

Дрейксар резко втянул воздух, а затем молниеносно схватил меня и рывком развернув, толкнул в стену.

Нет, не в стену.

В углубление, спрятанное за одной из колонн.

Я даже не успела понять, что произошло, как оказалась в полной темноте.

Он прижался ко мне, его дыхание горячей волной окутало мою кожу.

Я не видела его лица, но чувствовала его близость.

— Ты не понимаешь, с чем играешь, Мила, — прошептал он, его губы почти касались моего уха.

— Понимаю, — ответила я. — И мне это нравится.

Дрейксар выругался себе под нос.

А затем его губы накрыли мои, жестко, жадно, не оставляя шанса отступить.

В темноте этой тайной ниши не было ничего, кроме нас. Тьма поглотила всё — стены, пространство, воздух. Оставила лишь его дыхание, обжигающее, прерывистое, слишком близкое, слишком властное.

Его губы прижались к моим с голодной жадностью, ни секунды не теряя на осторожность или сомнения. Он целовал меня так, словно это было неизбежно, словно именно этого ждал с самого первого взгляда. Горячо, требовательно, с лёгким привкусом опасности.

Я прижалась к нему, позволяя ему доминировать, позволяя чувствовать, насколько сильно он меня хочет. Ему не нужно было ничего говорить — его язык, проникающий в мой рот, его губы, ласкающие мои, говорили за него.

Его руки оказались на моей талии, сильные, уверенные, но не остановились там. Они скользнули выше, обжигая кожу через ткань платья, прошлись по рёбрам, затем ладонь накрыла мою грудь.

Я вскрикнула в его рот — не от боли, нет. От того, как неожиданно сладко было это ощущение.

Он сжал мою грудь чуть сильнее, пальцы уверенно погрузились в мягкость, и я почувствовала, как мои соски напряглись, реагируя на его грубую ласку.

Ему этого оказалось мало.

Он спустился ниже, прижимая меня крепче, пока между нами не осталось ни капли воздуха. Я чувствовала, как твёрдость его возбуждения упирается в мой живот, как напряжены его мышцы, как он сдерживается, чтобы не разорвать на мне это платье.