Книга Детки в клетке, страница 94 – Евгения Кретова

Она удивилась, осознав, что брошенная сыном фраза задела ее даже больше, чем его.

Он отложил ложку.

— Мам, понимаешь, люди разные. А я всегда по жизни шел легко. Не заморачиваясь… Учился в школе, ходил на плавание, в музыкалку. Ну, почему бы не походить, когда предки выделили деньги, записали. Не успеваешь, еще и подвезут на личной тачке или денег на такси дадут. Но ведь у большинства не так. Каждую возможность мои одноклассники выцарапывают. Они не хуже меня, мам. Но у них нет и сотой доли того, что есть у меня.

— Ты это заслужил. Заработал! – мать с трудом сдерживала гнев.

Парень опустил голову, снисходительно хмыкнул:

— Ну да… А они, получается, не заслужили?

Та поджала губы.

— Что ты от меня хочешь услышать, Иван? Что мне стыдно за то, что мы – обеспеченная всем необходимым семья? Или, по-твоему, мы должны всем твоим одноклассникам оплатить курсы, спортивные школы? Да что там одноклассникам, всей школе, всему городу! А что?! – она положила руки на стол и подалась вперед: – Разве мы виноваты, что родители твоих одноклассников или того человека, который посмел назвать тебя мажором, не озаботились будущим своих детей заранее? Не получили нужную, хорошо оплачиваемую, работу? Не учились в школе как должно?!

Иван смотрел на ухоженные руки матери с изящными миндалевидными ногтями, покрытыми модным гель-лаком в стиле «ню», но на последней фразе он рассмеялся.

— Кто в школе учился как должно? Ты? Так ты и не работаешь, ма. Отец? Может, ты забыла, но у него три тройки в аттестате…

Мать выпрямилась, посмотрела на сына так, будто тот ее ударил.

— Не смей говорить со мной в таком тоне, – обиделась.

Иван опустил глаза: не такого разговора он хотел.

— Извини. – Он поднялся из-за стола. – Спасибо, было очень вкусно.

Он вылил остатки борща в раковину, помыл за собой тарелку и оставил ее тут же, на коврике у мойки. Подошел к матери, чмокнул в макушку и вышел из кухни. Ирина Леонидовна слышала, как щелкнул замок в двери его комнаты.

— Ты не мажор, Иван, – Она тряхнула головой. – Ты дурак, это гораздо обиднее.

Она поднялась, вспомнила о приготовленной для сына моркови и, подхватив тарелку, направилась с ней в комнату сына. Постучала:

— Ваня, ты морковь не поел.

В дверь позвонили, поэтому она не услышала ответ сына, пошла открывать. И замерла на пороге: перед ней стояла Маша Филатова. Та самая девочка, с которой в начале учебного года у сына случился конфликт.

— Добрый день. – Девочка откровенно смущалась, опустила голову и нервно теребила кисти полосатого шарфа, определенно ручной вязки, Ирина Леонидовна видела подобные в рекламе сотовой связи. – Ивана три дня в школе нет… Он заболел?

— Да, Маша, у Ивана осложнение после простуды, врач диагностировал ангину.

— А, – девочка выдохнула и попятилась, будто собираясь уходить. – Ясно. Я пойду тогда.

— Ну, куда ты пойдешь, Маша? – Ирина Леонидовна всплеснула руками. – Раз пришла проведать одноклассника, проходи.

— Да нет, неудобно, да и уроки надо делать.

Ирина Леонидовна торопливо пристроила вазочку с десертом на полку под зеркалом, взяла девочку за руку и втянула в коридор.

— Не говори ерунды! К Ивану никогда не заходили симпатичные девушки, я уже думала, что героини в наше время перевелись, максимум на что их хватает, так это позвонить и спросить, когда придет в школу.