Книга Аничкина иколе, страница 121 – Евгения Якушина

— Месье Вальяр, я очень сожалею, – сдержано посочувствовала переживаниям француза Опросина. – Но боюсь, вам придётся найти замену Оболенской. Вряд ли она сможет поправиться к выступлению. Госпоже Грачевской тоже пришлось искать Варваре замену в балете.

— Это решительно невозможно! – Жосьен Вальяр снова заломил руки. – Голос нельзя заменить! При всём моём уважении! Пение – это не танец..!

— Подождите! – перебил взволнованного француза Руднев. – Юлия Павловна, в каком танце участвовала старшая Оболенская?

Лицо Дмитрия Николаевича, по которому за минуту до этого блуждала улыбка, сделалось внезапно хмурым.

— Она солировала в танце пажей, – ответила директриса и сама заволновалась. – Что случилось, Дмитрий Николаевич?

Руднев покачал головой, не ответил и стремительно вышел из директорского кабинета.

Едва не бегом Дмитрий Николаевич устремился в лазарет и у входа в него столкнулся с Леночкой Блохиной.

— Я не прогуливаю, Дмитрий Николаевич! – сразу начала оправдываться девочка. – Я порезалась! Вот! – она протянула учителю перебинтованную руку. – Мы кроили блузку, а ножницы оказались острыми, а Томка меня под локоть толкнула и…

— Елена Михайловна! – Руднев прервал поток никчёмных объяснений. – Елена Михайловна, вы мне рассказывали, что Раиса Тимуровна забирала у учениц недозволенные книги. Так?

— Да, – ответила Леночка, навострившись от любопытства. – А что?

— У Стефки Ненадович она что-нибудь забирала?

Леночка замялась.

— Елена Михайловна, мы с вами друзья, – напомнил Руднев.

— Она у неё забрала Уилки Коллинза, «Женщину в белом»… Очень интересно! Вы читали? Там…

— Елена Михайловна, когда она у неё эту книгу забрала?

Леночка потупилась.

— Обещайте, что никого наказывать не станут, – попросила она учителя.

— Обещаю!

— Эту книгу Олька и Тамара передали Стефке в лазарет, я видела. А потом видела, как с этой книгой Раиса Тимуровна шла. Наверное, Стефка её плохо спрятала, вот Грымза и отобрала. Ой! Раиса Тимуровна, то есть… Дмитрий Николаевич, вы куда?

Растеряно смотревшая вслед кинувшемуся прочь учителю Леночка ответа не получила.

Руднев вбежал в библиотеку. Никого из воспитанниц там в этот момент не было. Щуплая седая старушка-библиотекарша взглянула на него с укором.

— Если уж и господа учителя разучились ходить шагом и смеют врываться в библиотеку, словно это гимнастическая зала, что прикажете ожидать от девочек… – проворчала она, поднимаясь из-за стола. – Что вам угодно, сударь? Что-нибудь из истории искусств?

— Нет, мадам, – возразил Дмитрий Николаевич. – Меня интересуют книги, которые были переведены сюда из комнаты Абашевой. Вернее, те из них, которые вы, скорее всего, храните в недоступном для девочек месте.

Библиотекарша воззрилась на Руднева с недоумением.

— Какое странное желание, – заявила она брюзгливо. – А Юлия Павловна в курсе того, чем вы интересуетесь? Я должна быть уверена, что у вас есть её разрешение увидеть эти книги.

— Мадам! – воскликнул Руднев, теряя терпение. – Какое разрешение! Или вы думаете, что моя нравственность пострадает, если я увижу Уилки Коллинза? Так я уж был развращён его порочными романами лет пятнадцать назад!

Библиотекарша насупилась и поджала губу, всем своим видом давая понять, что от человека, читавшего в отрочестве столь сомнительного автора, ничего хорошего ожидать не стоит.