Книга Глухое правосудие. Книга 2. Доказать невиновность, страница 24 – Анна Орехова

Женек помолчала немного, что для нее было совсем не свойственно, а потом ответила:

— Ника, ты себя загоняешь. Организм уже вопит о помощи и посылает тебе сигналы в виде больного горла. Дай себе передышку! Пара дней у моря, и задачи, которые казались нерешаемыми, решатся!

Ника вздохнула. Если бы все было так просто, она бы ездила к морю каждые три дня. Однако бывают ситуации, из которых попросту нет выхода. Море точно не поможет найти Елену.

— Спасибо за поддержку, Жень. Но сейчас не до отдыха.

— Ну, не то чтобы у тебя был выбор. В субботу мы едем в Абрау. Это будет твой принудительный мини-отпуск.

Ника театрально закатила глаза:

— Ладно, ты же не отстанешь.

На самом деле ей очень хотелось поехать к морю. Вот только как выбросить проблемы из головы? Как наслаждаться девичником, когда Елена пропала, а Сергей по-прежнему за решеткой?

На экран выскочило уведомление о входящем вызове — Леха звонил одновременно ей и Кириллу. Неужели что-то выяснил?

— Жень, мне звонят, надо ответить. Тогда до встречи в субботу?

— Ага, до встречи. Купальник не забудь!

Ника помахала на прощанье и переключилась на разговор с Лехой и Кириллом.

— Привет!

— Привет-привет! — Довольный Леха с собранными в хвост волосами улыбался с экрана. — Рад вас видеть, други. Решил сразу обоим позвонить. Новости интересные.

— Рассказывай! — поторопил Кирилл.

— Значит, номерок ваш для меня пробили.

— Уже? — удивилась Ника.

Папа ждал формальную отписку три дня, несмотря на то что заплатил за срочность. Лехе же хватило часа.

— Ну да, долго ли умеючи. Но не спешите радоваться. Я ж говорю, новости интересные. Номер оформлен вовсе не на Елену. Скажу больше, владелец симки — мужчина. Огурцов Владимир Олегович, шестьдесят третьего года рождения.

— Муж? — предположил Кирилл.

— Если и так, то бывший. Дело в том, что этот Огурцов был зарегистрирован в Екатеринбурге, где, вероятно, и проживал. Пока десять лет назад не скончался.

Ника смотрела на экран, переваривая услышанное:

— Скончался?! А почему тогда его номер у Елены?

Леха развел руками:

— Да мало ли. Тут вариантов вагон и маленькая тележка. От «купил номер для подруги» до «зарегистрировали по украденным паспортным данным».

— И что теперь делать? — спросил Кирилл. — Нам позарез нужна эта Елена.

— Я понял, что нужна. Постараюсь что-нибудь выяснить. Узнаю, был ли Огурцов женат или, может, у него есть дочь по имени Елена. Попробую распечатку звонков добыть. Не сдавайтесь раньше времени. Надежда еще есть, нужно только больше времени.

Ника кивала, чувствуя, как нарастает ощущение безысходности. Времени у них как раз не было. Через три недели присяжные вынесут вердикт, и можно не гадать, каким он будет без показаний Елены.

Если они ничего не придумают, пребывание Сергея в СИЗО сменится тюремным сроком.

В комнате пахло смесью сырости и хлорки, горький аромат дешевых сигарет не выветрился после предыдущих посетителей. Семен Анатольевич бросал курить десятки раз и сейчас пребывал в стадии «снова сорвался». В другой обстановке сигаретный запах пробудил бы желание затянуться, но брезгливость побеждала все прочие чувства.

Он сел на стул, поправил латексные перчатки, потянулся к лицу, но тут же отдернул руку — лучше не касаться маски. Так безопаснее. Посещение СИЗО всегда было нелюбимой частью работы. Раньше Семен Анатольевич боялся подхватить туберкулез, сейчас опасался ковида. Будь его воля, вообще бы не приходил, но им с Власенко нужно было подготовиться к даче показаний и обсудить дальнейшую стратегию защиты. Кроме того, Семену Анатольевичу предстояло сообщить пациенту плохие новости: свидетельница, согласившаяся подтвердить его алиби, испарилась.