Книга Не нищая жена, страница 158 – Денни Смит

В это мгновение она была прекрасна.

А Эмили вдруг сделала то, чего сама от себя не ожидала. Она подошла к тому самому дивану в углу, на котором так приятно было читать. Потом похлопала рукой по подушкам рядом с собой.

— Иди сюда, — сказала она просто.

Джозеф уставился на нее так, будто она предложила ему прыгнуть с крыши.

— Эмили, — начал он осторожно, — чего ты хочешь?

— Иди сюда, — повторила она смущенно и отвела глаза. — Пожалуйста, не спорь. Мне тоже тяжело, но я стараюсь. А ты совсем не помогаешь!

Он встал медленно, неверяще. Подошел к дивану, замер на мгновение, а потом опустился рядом с ней — осторожно, как будто боялся спугнуть.

— Ложись, — сказала она.

— Что? — выдохнул он.

Ему вдруг показалось, что это сон. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Ложись. Головой сюда. — Она снова похлопала — теперь по своим коленям.

Джозеф смотрел на нее так, будто у нее выросла вторая голова. Эмили вдруг поняла, что краснеет, но отступать было поздно. Да и не хотелось.

— Эмили… я, конечно, не жалуюсь, но что случилось с той чопорной леди, которая краснела от одного моего взгляда? Признавайся, ты ее убила и заняла ее место? — сделал он последнюю попытку пошутить.

— Ах, прекрати, а то ведь я передумаю. Считай, что у моей гувернантки был в тот день выходной, когда она должна была рассказать мне, что это неприлично.

— Ты что, научилась шутить? Сегодня день открытий!

— Джозеф, я сейчас уйду, — Эмили сделала вид, что собирается встать, но в глазах плясали чертики.

— И у тебя хватит жестокости оставить меня здесь одного при смерти?

— Ложись уже!

Он послушно опустил голову жене на колени.

Осторожно, неуклюже, как-то по-мальчишески, замер, боясь дышать и даже шевельнуться. Эмили положила руку ему на голову, провела пальцами по волосам — мягким, рыжим, пахнущим дорогим мылом и утренним воздухом.

— Закрой глаза, — шепнула она и продолжила, — В детстве, когда у меня болела голова, мама всегда сажала меня к себе на колени и гладила по голове, — сказала она тихо. — Это помогало. Ложись.

Он закрыл.

И она начала гладить его — медленно, как делала когда-то ее мать. От висков к затылку, от затылка к шее, снова вверх. Волосы путались в пальцах, голова его была тяжелой и горячей, но в этом было что-то такое... правильное. Такое, чего она не чувствовала уже очень давно.

— Ты слишком много на себя берешь, — сказала она мягко.

— Привычка, — выдохнул он и усмехнулся.

— Знаю. Но иногда можно позволить другим помочь тебе.

Он молчал. Она продолжала гладить, чувствуя, как уходит напряжение — сначала из плеч, потом из шеи, потом из всего тела. Он выдыхал медленно, глубоко, и с каждым выдохом становился все расслабленнее.

Вдруг его дыхание стало ровным, глубоким, как у спящего.

Эмили замерла, боясь пошевелиться. Неужели?

Она чуть наклонилась, заглядывая ему в лицо. Глаза закрыты, ресницы неподвижны, губы чуть приоткрыты. Спит.

Эмили смотрела на него сверху вниз, на этого сильного, опасного, непредсказуемого человека, который сейчас лежал у нее на коленях беззащитный, как никогда, и чувствовала, как в груди разливается что-то теплое, давно забытое.

Она продолжала гладить его по голове, уже почти машинально, погрузившись в свои мысли. За окном светило солнце, в библиотеке было тихо, и только где-то вдалеке слышался лай собак да пересвист птиц.