Книга Не нищая жена, страница 159 – Денни Смит

Сэр Альберт говорил ей красивые слова. Он обещал ей покой и уважение. Но сегодня ей впервые показалось, что с ним что-то не так. И почему только прежде она не обращала внимания на эти странности?

А Джозеф... Он принес ей столько боли в прошлом. Можно ли ему довериться?

Как же все это сложно.

Эмили осторожно, боясь разбудить, провела пальцем по его щеке — по жестковатой, чуть колючей коже, по скуле, по виску, где пульсировала тонкая голубая жилка.

Она не знала, что будет дальше. Не знала, смогут ли они преодолеть все, что между ними было. Не знала, что скажет первого сентября.

Но сейчас, в этот момент, это было неважно.

Важно было только одно: он был здесь. И она была здесь. И этого было достаточно.

Солнце медленно ползло по стене, тени от листвы плясали на полу, а Эмили все сидела, гладя спящего мужа по голове, и чувствовала, как в груди зарождается что-то новое, хрупкое, пугающее и прекрасное.

Сон накрыл Эмили мягкой, теплой волной, словно кто-то невидимый набросил на плечи тяжелое одеяло. Она не заметила того мгновения, когда реальность растворилась в дреме. Еще минуту назад она перебирала рыжие пряди супруга, слушала ровный, успокаивающий ритм его дыхания, ловила взглядом танцующие на стене солнечные блики, пробивавшиеся сквозь листву за окном. А потом — лишь густая, наполненная покоем тишина.

Проснулась она от неприятного, колющего ощущения в ногах. Колени затекли, превратившись в неподъемные глыбы. Эмили поморщилась, открывая глаза, и сразу поняла: что-то изменилось. Воздух в библиотеке стал чуть плотнее, тени удлинились.

В панике, подумав, что безнадежно проспала, она кинула беспокойный взгляд на массивные напольные часы, стоявшие сбоку. Маятник неумолимо отсчитывал секунды. До приезда миссис Энслоу оставалось чуть больше двух часов. Эмили чуть успокоилась — она все успеет. Времени в обрез, но достаточно, если все делать без лишней в таких делах суеты.

И тут она почувствовала тяжесть на талии. Рука Джозефа, даже во сне не отпускавшая ее, обвивала ее стан в собственническом, почти ревнивом объятии. Он придвинулся ближе, инстинктивно ища тепло, и уткнулся лицом в складки ее платья где-то в районе живота. Дышал он ровно, глубоко, с тем тяжелым расслаблением, какое бывает только у людей, забывшихся крепким сном после долгих дней бессонницы.

Эмили замерла, боясь пошевелиться. Сердце пропустило удар, а затем забилось чаще, отбивая тревожный, но сладкий ритм. Она никогда не видела его таким. Без маски холодного расчетливого дельца, без напряженная в челюсти, без привычной готовности отстаивать свое и контролировать всех и вся. Сейчас он казался ей таким умиротворенным, каким она его не видела никогда.

На мгновение она ощутила укол стыда. Ведь в таком виде их могла застать прислуга. А потом отбросила глупые мысли. Да какая, в сущности, разница? Они супруги и ничем предосудительным не занимаются. Хотя ее гувернантки были бы в ужасе. Она словно наяву слышала их чопорные голоса, растолковывающие, что приличные леди не позволяют себе подобных вольностей даже с законными мужьями. Быть может, будь она замужем за принцем Уэльским, они были бы уместны. Но Джозефу даже раньше при всем его стремлении в высшее общество были чужды светские условности. Что уж теперь говорить об этом новом Джозефе. Он ведь действительно изменился.