Книга Не нищая жена, страница 40 – Денни Смит

Продолжая двигаться с той же неестественной для него осторожностью, он опустился на колени у кровати и так же медленно, словно хрустальную вазу, положил Эмили на простыни.

Лакей стоял посреди комнаты, бестолково озираясь и переминаясь с ноги на ногу, явно не понимая, что делать дальше.

— Убирайся отсюда! — вновь рявкнул ему Джозеф, — Да оставь свет!

Тот поспешил ретироваться, напуганный свирепостью хозяина, оставив подсвечник у входа в комнату.

Джозеф перевел взгляд на жену. Поправил чуть задравшееся платье, смахнул со лба растрёпанные волосы. Его пальцы на мгновение задержались на её щеке, ощущая влажный след слёз.

Он сидел так, казалось, целую вечность, всматриваясь в её бледное, искажённое следами страдания лицо и вспоминал, как еще час назад она кричала, что ненавидит его. Наверное, он заслужил это.

Потом, с тихим, почти неслышным вздохом, он поднялся, накинул на неё одеяло и, не оглядываясь, вышел.

Спускаясь на первый этаж в гостиную, он чувствовал, как усталость наваливается на него тяжёлой волной.

Он провел в дороге почти трое дней, останавливаясь на постоялых дворах лишь для того, чтобы переночевать да поменять лошадей. Дороги занесло снегом и ему приходилось каждые несколько миль останавливаться, чтобы разгрузить карету, вытащить ее из очередного сугроба и продолжить путь. После первого же дня он нанял еще один экипаж, где оставил купленные в Лондоне к Рождеству безделицы, наказав Рэндольфу позаботиться о них, чтобы дальше ехать налегке, пустив второй экипаж следом.

Он не жалел ни себя, ни секретаря, ни кучера, ни лошадей — так отчаянно он хотел успеть до Рождества оказаться в Крэмби-Холле.

Но опоздал. Опоздал на целый месяц.

Заметив у лестницы снова того туповатого лакея, одно присутствие которого вызывало в нем бешенство, он рявкнул:

— Мисс Хитклиф! И Томаса! Немедленно!

Лакей стоял, беспомощно моргая. Его лицо выражало тупое недоумение, словно он пытался решить сложнейшую задачу.

— Кого-кого? — глуповато спросил он, еще толком не знакомый с нравом хозяина, который не выносил таких вопросов.

Джозеф медленно повернулся к нему. В его глазах вспыхнули опасные огоньки.

— Ты что — не знаешь имен тех, кому служишь? — голос стал опасно тихим и зловещим, — Мисс Хитклиф. Экономка. И Томас — мой секретарь, с которым я приехал. Если через пять минут я их не увижу, — он сделал паузу, давая лакею возможность обдумать свои слова, — ты будешь искать новую работу. На шахтах в Шотландии. Ты меня понял?

Лакей резко выпрямился, на его лице наконец-то появилось подобие осмысленного выражения. Он кивнул и бросился прочь по коридору, его неуклюжие шаги гулко отдавались в тишине.

Джозеф с отвращением проследил за ним взглядом. Каждый момент в этом доме приносил все новые доказательства полного запустения и беспорядка. И в этом была и его вина. Слишком доверившись другим, он позволил произойти этому хаосу.

Обычно подобная беспечность была не в его характере — он всегда держал всё под контролем, вникал в каждую деталь. Но здесь … он почему-то решил, что все как-то сам устроится без его участия.

Горькая усмешка тронула его губы. Какая наивная глупость. Он, всегда полагавшийся только на расчёт и холодный разум, вдруг решил положиться на что-то иное. И получил закономерный результат — хаос, разруху и жену, спивающуюся в одиночестве.