Книга О, мой профессор!, страница 53 – Лариса Васильева

— Умею, просто холодно, — дрожит она.

— Поплавай, сразу согреешься.

И она плывет, медленно, но уверенно, как морская богиня. Мы уплываем на глубину и висим на воде, болтая ногами. В какой-то момент оказываемся совсем близко. Касаемся друг друга губами, телами. Провожу рукой по возбужденной груди Снежки.

— Мы ведь когда-нибудь остановимся? — смеется она. — Перестанем желать друг друга?

— Не знаю, — подплываю к ней совсем близко. Касаюсь ее живота, скольжу ниже. — Не уверен.

Глажу ее между ног, дальше не достаю, иначе нырну. В воде ощущения острее, но дно далеко и опасно заводиться.

— Пошли на берег, — чувствую, что снова возбуждаюсь.

Когда-нибудь мы обязательно остановимся, но не сейчас.

На следующий день я на пару часов забегаю на кафедру, а Снежку подкидываю в центр на встречу с подругой.

— Матвей Игоревич, доброе утро! — несколько студенток здороваются и бросают на меня двусмысленные взгляды.

Я всегда нравился женщинам. Возможно, я бы уже к этому времени поимел половину универа, если бы не дебильная особенность моего организма. Хотя нет, я бы тогда меньше уделял внимания карьере и не стал бы преподавателем.

Сухо здороваюсь с ними и спешу наверх. Я теперь со Снежкой и глупо разбрасываться женщиной, с которой у меня все прекрасно в постели и общении. Снежка не выносит мне мозг, готова следовать за мной куда угодно, готова к любым экспериментам. Она одна такая и я знаю, что не отпущу ее.

Быстро закончив кафедральные дела, звоню Снежке, и мы встречаемся в Маке. Вредная еда, кола, рассказываю ей смешные истории из преподавательской практики.

— А мы займемся сексом на твоем столе? — Снежка гладит меня по руке.

— Каком столе? — закашливаюсь я.

— Преподавательском. Жду не дождусь, когда начнется семестр, и мы осуществим все сексуальные фантазии.

— В аудиториях ведется видеонаблюдение, — завожусь от одной мысли о сексе на столе. Если это ее фантазия, то и моя тоже.

— Ну не во всех же, — Снежка хитро улыбается.

— Не во всех, — соглашаюсь я, прикидывая, какие кафедры еще не обустроены системами слежения. — Я что-нибудь придумаю.

Приезжаю домой уже заведенный. Целую Снежку одновременно стягивая с нее футболку, но моя девочка снова уворачивается.

— Не так быстро, ковбой, — подмигивает она и тянет меня на кровать. — Я хочу сама тебя раздеть.

Я не против, и рубашка и джинсы летят на ламинат. Снежка стягивает с меня носки и трусы и просит встать на колени на кровати.

— А это еще зачем? — я напрягаюсь, но становлюсь.

— Хочу тебя поласкать, — хитро заявляет она и раздвигает мои ягодицы. Касается кончиком языка колечка ануса. Черт! Вздрагиваю, потому что не готов к таким ласкам. Они мне совершенно не нравятся. Никогда не нравились.

— Ну хватит, — чувствую легкое раздражение и пытаюсь увернуться от ее языка. — Мне неприятно.

— Расслабься и получай удовольствие, — Снежка удерживает меня, а я не хочу ее отталкивать.

— Как я могу получить удовольствие от такого, — шиплю я, когда она еще сильнее раздвигает ягодицы и засовывает свой язык внутрь.

Как же непривычно и неудобно, Мое лицо загорается, едва представляю вид, что открывается Снежке. Ерунда какая-то эти анальные ласки! Ростовцева совсем чокнутая, если считает, что нормальному мужчине понравится, если ему будут вылизывать задницу.