Книга Право на обман, страница 16 – Арина Арская

— Почему ты так считаешь? — я вскидываю бровь.

— Потому что я знаю этот взгляд и он не обещает ничего хорошего.

И я смеюсь, потому что Катя смотрит на меня со смесью страха и восхищения.

— Вот ты бы на свиданке, как я не опростоволосилась, как я, — Катя неожиданно шмыгает.

— Что у тебя случилось?

— Он оказался извращенцем, — Катя понижает голос и ее щеки заливает румянец стыда. — Мазохистом. С виду приличный мужик, а любит, когда его привязывают и бьют.

— Так, — с коротким смешком отвечаю я.

— Я его к кровати привязала…

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Ага?

— И сбежала, — прячет лицо в руках.

— А что не так-то? — я едва сдерживаю смех. — Я думаю, что ты поступила верно.

— Только я перед этим расплакалась, — бубнит Катя в ладони. — Понимаешь? Я не ушла, как королева, а разрыдалась перед голым привязанным мужиком и с визгами убежала.

Подхожу к Кате, обнимаю ее и шепчу:

— А почему расплакалась?

— Не знаю, — жалобно всхлипывает в шею. — Мне с мужиками прям не везет, а теперь я еще думаю, что он женатик был.

В кармане коротко вибрирует телефон. Катя отстраняется и смахивает слезы:

— Прости.

Лезу в карман, и минуту пялюсь на фотографию, которую прислала мне мама. На снимке Саша шагает по дорожке в парке среди аккуратно стриженных кустов, а на его плечах сидит Дениска и на что-то показывает рукой. Очень трогательная и солнечная фотография, но в сердце расцветает на умиление, а боль.

— И что вас ждет? — едва слышно спрашивает Катя. — Развод?

— До мурашек, — моргает Лидия Ивановна после того, как я выключаю запись с криком Саши и моими всхлипами.

Я заглянула к юристу по бракоразводным делам и семейному праву. Любопытной Кате, которая поинтересовалась вопросом, ожидает ли нас с Сашей развод, я ответила, что пусть идет работать.

— Но вы не похожи на ту, которую избивает муж, — Лидия Ивановна щурится и опускает очки на кончик носа.

— Это дело поправимое, — прячу телефон в карман. — Я смогу сыграть забитую и запуганную мужем-тираном женщину.

— Допустим, — Лидия Ивановна откидывается на спинку кресла. — А какую цель преследуем?

— Я не уверена, что мой муж согласится на полюбовный развод, — слабо улыбаюсь. — Их же переклинивает в такие моменты…

— Да, большинство мужиков с катушек съезжает, — соглашается Лидия Ивановна.

— У нас есть сын. Меня не интересует деньги или имущество, — нервно постукиваю пальцами по подлокотнику пальцами, — но сын должен остаться со мной, если моему мужу взбредет шальная мысль его у меня отобрать.

— Знаете, я… мягко скажем, обескуражена, — Лидия Ивановна медленно моргает. — Вы хотите обвинить супруга в насилии?..

Если честно, у меня нет конкретного плана действий. Первое: я хочу наказать мужа, второе: у него не должно быть возможности отнять у меня Дениску. Я пойду на что угодно, лишь бы мой сын остался со мной.

— Только в случае его упрямства. Подобные записи могут быть доказательством в суде его неадекватности и того, что его надо лишить родительских прав?

— Он пьет? Употребляет наркотические вещества?

— Нет, но…

— Притормозите, милочка, — охает Лидия Ивановна, вглядываясь в мои глаза. — Вы можете себя подвести под суд. Вы, что, готовы в суп мужу мешать наркотики?

— Я этого не говорила, — я не отвожу взгляд.