Книга Пепел Элларии, страница 149 – Джулия Фокс

Я была не в силах отвести взгляд, по щекам катились слёзы, оставляя дорожки на запылённом лице. Магия во мне, до этого напряжённая до предела, вдруг стихла, сменившись звенящим покоем.

Мы только что стали свидетелями того, чего никто уже не смел ждать. Разлом закрывался. Эпоха Жнецов и демонов уходила в прошлое вместе с оседающей пылью королевского дворца.

Я не сидел рядом и не ждал, как это обычно делали люди у постели больного, а замер у стены, в тени, наблюдая за «Ноа», как за опасным зверем, который мог очнуться в любой момент и совершить рывок. Он казался слабым, истощённым, но на теле хаотично были вырисованы какие-то символы и рисунки, заставляющие меня инстинктивно насторожиться. За годы службы я видел достаточно существ, которые казались безобидными, а через секунду уже вцеплялись тебе в горло.

В комнате царила тишина. Высокие окна пропускали тусклый серый свет, и пыль висела в воздухе неподвижными полосами. Ранее я буквально скинул эту тварь на матрас, а Эвелин, прежде чем убежать помочь Виолетте с девочкой, успела укрыть его толстым одеялом. Она бросила на меня тогда короткий, предупреждающий взгляд. В нём был немой приказ не прикончить его, пока она не вернётся.

Без той жуткой демонической оболочки он выглядел обычным человеком: бледный, измождённый, с тёмными спутанными волосами по плечи. Его грудь медленно поднималась и опускалась. Но даже сейчас я чувствовал, что в нём теплится нечто иное. Это не была привычная мне демоническая энергия. Что-то странное, глубокое, заставлявшее Пустоту суетиться.

Он открыл глаза. Слишком резко для того, кто только что вернулся из состояния, почти неотличимого от смерти. Он сразу заметил меня, и в ту же секунду его лицо преобразилось. На нём не было ни растерянности, ни признаков слабости. Только чистая, концентрированная ненависть.

Безумец сорвался с кровати быстрее, чем я ожидал. Тело ещё не слушалось его до конца, движения были рваными, но намерение читалось предельно ясно. Он бросился вперёд, пытаясь ударить меня, но я перехватил его руку раньше, чем кулак достиг цели. Я почувствовал, насколько он слаб физически, но его воля была подобна калёной стали.

Он дёрнулся, безуспешно пытаясь вырваться, и сквозь плотно стиснутые зубы процедил:

— Демон...

В его голосе не было ни капли сомнения. Какая ирония: человек, шестьдесят лет просидевший в шкуре монстра, первым делом обвиняет в этом другого. Идиот попытался нанести удар снова, и тогда я жёстко оттолкнул его назад. Он споткнулся, пошатнулся, но всё же удержался на ногах, тяжело дыша. Для него всё уже было решено: перед ним стоял враг. Он собирался броситься в атаку снова, когда дверь в комнату распахнулась.

— Ноа!

В комнату ворвалась Виолетта. Она замерла на пороге лишь на долю секунды, словно не веря собственным глазам, а затем бросилась к нам. Ноа повернул голову на звук её голоса и переменился. Ярость исчезла, оставив лишь ошеломление.

Он больше не смотрел на меня. Весь мир для него сузился до этой девицы. Он сделал к ней один шаг, затем другой, медленно и осторожно. Виолетта уже плакала, слёзы ручьями текли по её лицу, и она даже не пыталась их вытирать.

— Ноа... — прошептала она, захлёбываясь от рыданий.

Он схватил её за плечи, проверяя, настоящая ли она. Его руки заметно дрожали.