Книга Но я не княжна!, страница 61 – Ксения Васёва

— Я сожалею, — у меня просто не нашлось других слов. Воронята, молодые царевны — сколько ещё было жертв у этой безжалостной игры за власть?.. — Но мой отец не поджигал Теремной дворец. Почему ты ненавидишь именно его?

Кулаки у Авдея непроизвольно сжались.

— Он выжил, понимаешь?! Его жена, малолетние сыновья, слуги — они были в Теремном дворце, и они выжили! Как назло, в тот день разгулялись ветра, дворец охватило огнём в считанные минуты! Если бы Темновский не ждал удара... он бы не успел уйти. Никакие ледяные чары не удержали бы такое пламя! Значит, он был с убийцами заодно!

Сложив концы с концами, я опустила взгляд. Сейчас я чётко осознала одну вещь — письмо должно исчезнуть. Точка. Ни к Авдею, ни к Лесовскому оно попасть не должно.

Но что если Авдей уже видел половину письма?.. И ко мне он пришёл далеко не за "любовью и лаской"?..

С другой стороны, на кой Авдею душить Доброжира или убивать Павла?.. Они не имеют отношения к погибшей царевне.

— Таша!!! — взволнованный голос Микушки пробился через мысли, покрытые застарелой кровью и копотью. Хлопнула дверь — и молодец влетел в избу. Его взор скользнул по окну, раскиданным вещам и застыл на мне. Синяки от чужих пальцев, красные ручейки на руках — Микуше даже не понадобились слова. Стремительным шагом он двинулся к Авдею. Язычник вскочил с лавки, но его, как котёнка, отшвырнули к стене.

А потом был пробирающий хруст костей и болезненный мужской всхрип.

"Два-ноль в пользу Микуши, — Астра прыгнула мне на колени, — сначала рогалика в нокаут отправил, затем Авдея! Ты смотри, роковая женщина, мы скоро без женихов останемся!"

Истерично хохотнув, я наконец-то выдохнула.

* * *

Следом за Микушей прибежали Ясмина и воевода. Пока они обозревали учинённый разгром, в дверях появились стрельцы. Как оказалось, мой крик услышали мальчишки, они же и позвали стражников. Выкрутив Авдею руки, стрельцы с довольным видом потащили его на улицу. Язычник морщился и тряс головой от боли, но предусмотрительно молчал. Из его носа хлестала кровь.

Воевода и Микушка ушли со стражей. Ясмина же первым делом промыла мои раны и наложила повязку с мазью. В разбитое окно задувал ледяной вечерний ветер, и знахарка торопливо закрыла ставни.

— Рассказывай! — приказала она, собирая варежкой осколки. Я хотела помочь, но Ясмина строгим взглядом вернула меня на лавку.

Я поведала ей о "брачных" планах Авдея и историю о царевне. Не стала говорить лишь о письме Темновского. Это лишнее. Надо бы мне наведаться в гости к батюшке и прижать того к стенке!

— Господи, Таша! Как прокляли тебя, в самом деле! — наведя порядок, она села ко мне и погладила по волосам. — Сильно испугалась? А про окно не волнуйся — ты правильно сказала! Коли Авдей злодейничать решил, пусть рублём платит!

Я рассмеялась. Обожаю эту женскую манеру переводить стрелки на мужчин! С другой стороны, если б не язычник, окно бы точно не пострадало!

— Да не успела я испугаться, — отмахнулась, не желая расстраивать подругу, — сначала отбивалась, а потом он в себя пришёл. Похоже, непростой этот Авдей, раз князь пообещал ему царевну.

Ясмина аж руками всплеснула:

— Тебя случайно Лапка не покусала?! У неё все разговоры сводятся к "выгодным партиям"! Но Авдей действительно завидный жених. Я немного попытала Клима, пока мы на поминках были.