Книга Но я не княжна!, страница 68 – Ксения Васёва

Угу. То есть, за месяц это никак не освоить.

Моё внимание вдруг привлекла тень за князем. Я уже подумала на Мариан и сжала птичку-крестик, но... ветер принёс тяжёлый, удушливый запах дыма.

Рядом с отцом стояла богато одетая девушка. Дочь боярина или царевна. Молоденькая, светленькая... мёртвая. В отличие от Мариан, она не скалилась. Её взор был пустым и далёким.

По ушам резанул дикий визг, и я рухнула на колени. Со звоном полопались стёкла, стало горячо-горячо, невозможно! Паника, вой и тяжёлый дым слились в одну картину.

— А-а-а, прекрати!!! — заорала я во всю силу. Чьи-то руки схватили меня за плечи, застрясли, но мёртвая не отпускала.

— Одна сгорела в огне, но не узнала покоя. Вторая на дне лежит, но ходит по земле. Третью спрятали от чужих глаз, но не удержат её оковы. А четвёртая взлетит да на крыльях к беде. Когда соберутся в круге четыре души... свою ты... береги...

Выпалив это, она развеялась серым пеплом.

Отец сразу догадался, что к чему. Наверное, сложил мои вопросы, крики на весь двор и озноб. От близости мира мёртвых у меня стучали зубы. Кружка с молоком и мёдом в руках ходила ходуном.

На князя с княгиней было страшно смотреть.

— Как это произошло, Ярополк?! — почти визжала матушка. Когда стало ясно, что я действительно не могу согреться, у неё началась истерика. — Почему Мариан?! За что богиня наказала нас?!

Отец и Сил с мрачным видом слушали её упрёки. Их вины в случившемся не было, но женщинам прощались любые скандалы, если речь шла о детях.

Я вздохнула. Астра куда-то умчалась, оставив меня в одиночестве. Без кошки рядом я быстро растеряла свою уверенность.

— Успокойтесь, матушка, — произнесла устало, — уже ничего не изменить и не исправить. Я должна разобраться с этой напастью. В конце концов, были ситуации и похуже...

Зря я вмешалась. Княгиня взвилась аки злющая кобра.

— Похуже?! Что это значит, позволь спросить?!

— То и значит, — огрызнулась я, обнимая себя за плечи. Темновские не были мне близки, и тепла не хватало. Я чувствовала вину за обман, но не могла отказаться от семьи. Если закрыть глаза и представить, что мои родители попали в другой мир...

Только Астра права, это чужие люди. Но такая живая дочь всё равно лучше, чем мёртвая, верно?..

— Кто-то к тебе приходил? — спросил князь, натянутый как струна. Он задал первый нормальный вопрос, без ругани и драмы. Я глотнула медовое молоко и собралась:

— Вредная девица, которую по всей видимости недавно убили. Местный знахарь Павел. Как я понимаю, ко мне тянет людей, умерших плохой смертью. Сегодня была странная девушка, — и до меня вдруг дошло, — батюшка! А вы помните, как выглядела царевна Олёна?!

Такого поворота никто не ожидал — мужчины замерли, а матушка упала на стул, хлопая ресницами.

— К чему ты заговорила об Олёне, дорогая? Она умерла, когда ты была ещё девочкой!

— Для души-то много времени прошло! — поддержал её Сил. — А нечисть мы бы увидали!

— Боюсь, дочка, что её портрета даже во дворце не найдётся, после пожара-то. Я с царевнами не встречался — в царицыны палаты не пускают мужчин. Возможно, у Авдея сохранился портрет, но обращаться к нему...

Княгиня поджала губы:

— Ой, не надо хама-Востроглаза! Была я знакома с Олёнкой, девица неглупая, но среди сестёр как мышь серая. Светленькая, тонкая, маленькая. Вы с ней похожи были, — матушка повернулась ко мне, — но ты ровно что царевна зимняя, стройная, хрустальная, а Олёна, она именно мышка щуплая.