Книга Но я не княжна!, страница 90 – Ксения Васёва

— Как они догадались?! — прошипел горе-царевич. — Я же подготовился. Всё должно было пройти без шума! — и уже мне. — Закончим разговоры, девка! Отдавай мне кадо, иначе Ясмина умрёт!

— Таша! Ясмина! — ко мне уже бежали мужчины. Молодцы в отряде Исы, видя численный перевес, ушли за пентаграмму. Язычники отца и послы Вольские взяли их на прицел.

Но... камешек, который Микуша запустил в пентаграмму, отскочил обратно. В отчаянии я застонала. Была надежда, что Иса лжёт, но похоже, выхода действительно нет.

— Что с Ясминой?! — воевода догнал моего отца и Микушку. За ними спешились Руд с Авдеем.

— Сдохнет твоя Ясмина, — зло возвестил Иса, теряя своё игривое великодушие, — если Таша не отдаст мне кадо! Ну же, девка! У тебя минута, чтобы спасти подружку!

— Кадо?! — аж ощерился Микушка, единственный, кто понял лекаря. — Помилуй, Таша, где ты взяла кадо?!!

— Да уже неважно! — мой голос сбился до хрипоты. Я теряла Ясмину! Её жизнь утекала — в пентаграмме близость Мары была особенно острой. Но как я могу расстаться с Астрой?! Кошка, Ясмина и Микуша — это мой хрупкий мир, как его можно разделить?!

— Забирай, — не хотела, но слёзы потекли, — что я должна сделать?!

Иса с кривой улыбочкой разбил склянку с чем-то алым — и линии пентраммы покраснели.

— Кровь Радемира. Кровь светоча — самый лучший проводник, не зря царь хранил её в артефакте. Повторяй: "Я передаю часть души своей, кадо, новому носителю. Тому, кто есть кровь от этой крови, что даёт дорогу, Исе Радиславичу!"

На первых же словах из меня словно душу вынули. Нет. Не словно. Четыре девицы вели к Исе мою копию. Три безмолвные, и лишь одна повернула голову.

"Кровь" — прочитала я по губам вещуньи. Что — кровь?! Кровь вела к Исе! Кто есть кровь от крови... Так!

Но ведь кровь не Исы, а Радемира.

Мысли лихорадочно заметались. Цена ошибки будет велика. Перед глазми промелькнул вчерашний день, когда я утешала Ясмину. Я обещала ей, что всё наладится.

Но пусть Астра уйдёт к достойному. Ведь это всё равно завершит ритуал.

Скороговорокой выпалила слова, завершив их:

— Микаилу Лесовскому! — прокричала я.

Иса впал в ступор, а девицы повернулись и повели Астру к собравшимся мужчинам. Но почему?!.. По моим расчётам, они должны были взмыть в небо или телепортироваться на худой конец!

Но они подвели Астру к Микушке.

— Прими же кадо, избранный! — произнёс хор замогильных голосов. В рядах противника началась нехилая паника, да и наши молодцы малость охренели.

Все смотрели на Микушку. На Микаила.

Я прикрыла глаза.

— Не принимаю, — чётко ответил тот, — пусть возвращается к хозяйке и служит ей верой и правдой. Да будет так.

— Да будет так, — эхом повторили души.

И меня вышибло из пентаграммы.

Я пролетела несколько метров по снегу и застряла в сугробе. Господи, какое непередаваемое ощущение, когда ты вновь целая! Астра!

Изнутри донеслось гневное клокотание и обида. Но эйфория, охватившая меня, понемногу передалась и кадо. Мы же одно целое. Мы обе полюбили Ясмину и не могли допустить её смерть!

Надеюсь, что не допустили.

Чьи-то сильные руки вытащили меня из сугроба.

— Руд! Этот Иса нужен живым. Если получится взять других пленных — берите. Справитесь, князья? — Микуша глянул сначала на моего отца, потом на Авдея. Те поочерёдно кивнули. Опять та же странность — голос Микуши, а интонации чужие. — Отлично. Как закончите, жду с отчётом.