Книга Оковы Гарпии, страница 171 – Катерина Траум

И будто бы ошибок бухгалтерии мало для того, чтобы уничтожить все настроение и вызвать головную боль — вот уже вторую неделю на Габи сыпались странные неприятности. То проколотые шины, то сорванные без видимых причин деловые встречи, то изрезанный пиджак в шкафу кабинета офиса «Эйлайн». Вещи пропадали, важные бумаги терялись, секретарь получал взбучку за взбучкой, охрана разводила руками. Чутьем Габи понимала, что это больше всего похоже на мелкие пакости от кого-то из обиженных работников: возможно, кто-то мстит за недавний рейд по заводу, где вскрылось столько фактов воровства, что Габи одним махом уволила с десяток причастных человек, не слушая их нытья.

Год назад ее звали дочкой Гарпии. После этого рейда, ставшего для нее последней каплей терпения, в курилке прямо под ее окнами впервые был услышан шепоток — «Гарпия она и есть».

Пусть фыркают, сколько хотят. Это не тот бизнес, где можно спускать с рук воровство или что похуже. Для уволенных она — воплощение зла, ну и пусть. Те работники завода, которые получали от нее материальную помощь при сложных семейных обстоятельствах, явно куда больше привязаны к общему делу. Габи прекрасно помнила, как вела свою политику мама: жесткой, твердой рукой, однако будучи всегда готовой оплатить лечение дочери домработницы. Знать, когда нажать, когда выгнать без разговоров, а когда поддержать и получить верность, не измеряющуюся деньгами.

Телефон на столе разразился трелью. Моргнув, Габи отлипла от бумаг и калькулятора, потянулась за трубкой.

— Слушаю, — рассеянно пробормотала она, потому как перед глазами еще плыли столбцы цифр.

— Добрый вечер, Габриэлла, — раздражающе бодро поприветствовал ее генерал Тобайл. — С Рождеством!

— И вас, генерал, — устало вздохнула Габи. — Вашей семье тоже счастливого Рождества.

За прошедшие полтора года она успела оценить расположение этого человека и его полное бескорыстие. Он действительно вел себя с ней как добрый дедушка, взамен за всю помощь удовлетворившись традиционными обедами раз в месяц в кругу его большой семьи. Эти вылазки Габи даже полюбила — хоть и подозревала, что отказ принять ухаживания от миленького внука генерала сильно его разочаровал.

Для нее не существовало других мужчин. Партнеры, друзья, компаньоны за обедом. Но даже намеки на что-то большее, чем пожимание рук, она пресекала на корню. Кто-то смеялся над этой аскезой. Кто-то не понимал, а репортеры упорно искали, где новая Гарпия прячет тайного любовника.

Так далеко, что сама не могла до него дотянуться. Там, где не ходит почта. Где безбожно затянулись переговоры, сменялись делегации и намертво встал британский гарнизон, втянутый в междоусобные разборки коренного населения.

— Ты даже не заехала к старику на праздник, — обиженно пожурил генерал Габриэллу. — Впрочем, все понимаю: Элен тоже всегда пропадала в декабре среди бумаг. А у тебя, слышал, есть и кое-какие проблемы, верно?

— Ох, да какие там проблемы, ерунда, — отмахнулась она, давно не удивляясь тому, что Тобайл всегда в курсе всего, что происходит вокруг нее. — Правда, мелкие пакости, и не больше. Даже в голову не берите.

— И все же я слегка озабочен, ведь выходит, кто-то проник в твой кабинет, портит твою машину… Вопрос времени, когда этот наглец осмелеет и натворит что-то куда более опасное, чем порезать твои вещи.