Онлайн книга «Оковы Гарпии»
|
— Генерал, вы сильно преувеличиваете, мне ничто не… — Габи, вопрос решен: это не обсуждается, — Тобайл взял командирские нотки. — Когда-то я уже недооценил опасность в отношении Элен. С тобой такого не будет. Я уже направил к тебе своего человека: побудет рядом, проследит, чтобы виновник был пойман. — Что? Какого еще человека? Мне не нужна нянька! — жестко повысила тон Габи. Этого ей еще не хватало! — Знаю, что не нужна, и уже очень давно. Но думаю, такому подарку ты обрадуешься, — загадочно хмыкнул генерал и перед тем, как трубке раздались гудки, бросил: — Еще раз с Рождеством! Отняв телефон от уха, Габи недоумевающе захлопала глазами. И что все это значит? — Старик выжил из ума, — пробормотала она, вернув трубку на рычаг, и поправила очки на носу. Однако вернуться к работе не получалось. Ворох беспорядочных мыслей уже встрепенулся в голове, и утихомирить их было не так легко. Что, если генерал прав, и под незначительные неприятности маскируют что-то большее? Она ведь многим наступила на хвост. Взять того же Фолтена, чьих людей сманила под свое крыло, заставив понести огромные кадровые и финансовые потери. Причина? Он все еще ее бесил. И разделаться с ним просто потому что может Габи считала своим долгом. Или вовсе: некто начал копать под нее всерьез, ведь многие знали, кто подал кабинету министров идею об отмене закона о рабстве. Преступные группировки не первый год жаждали крови девчонки, которая пошатнула многовековой фундамент их махинаций. Ведь никаких рабских контрактов в стране не осталось, а Конституция закрепила поправку о полной неотчуждаемости человеческой свободы. Да, спору нет, зерно в опасениях Тобайла присутствовало. Но посылать к ней своего человека… Что ж, спасибо за еще одну проблему. Габи раздраженно постучала ногтями по столу и все-таки отодвинула бумаги в сторону. Голова не соображала совсем — лучше продолжить утром. В этот момент в тишине особняка послышались тяжелые, неспешные шаги. В столь поздний час гостей Габи не ждала точно, и ее рука машинально скользнула к ящику стола, где всегда был наготове мамин старый «Бульдог», когда-то не спасший ее жизнь. Габи научилась стрелять на охоте с внуками Тобайла. Ей в целом пришлось вырасти на три головы по сравнению с девчонкой, которая слушала речи ныне гниющего в тюрьме ублюдка Коллуэла. Рукоять карманного револьвера удобно легла в ладонь, когда Габи вскинулась в ожидании. В дверь постучали. Разве убийцы стучат? — Войдите, — немного расслабилась она, но не спешила выпускать оружие. Со скрипом несмазанных петель в кабинет уверенной армейской походкой вошел мужчина в припорошенном снегом зеленом кителе и фуражке. На плечах у него блестели погоны с королевской короной, на груди висели две медали. Он встал перед Габи с гордым разворотом, заведя руки на спину, и только потом поднял голову. Из-под козырька блеснули глаза цвета стали, и револьвер с грохотом об дно ящика выпал из моментально ослабевшей руки Габриэллы. — Не может… — Уоррент-офицер Мицкевич прибыл для охраны объекта, — отрапортовал Анджей, перебив ее потрясенный шепот. Дыхание перехватило. Габи моргнула несколько раз, но мираж не таял. Она заработалась? Уснула прямо за столом, ведь так? Не впервой, как не впервой и подобные сны… Сотни снов, где он возвращался к ней — после каждого из них Габи подолгу рыдала в подушку, замерзая в оставленной им кровати. Сжимая деревянную фигурку, сделанную его руками. Сходя с ума от боли одиночества и не веря, что они увидятся снова. |