Книга Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!, страница 180 – Рика Лав

— Доброе утро, моё солнышко, — прошептала я, целуя её в макушку, в лоб, в щёки. — Как ты спала? Тебя ничего не напугало ночью? Не было страшных снов?

Аника отстранилась, глядя на меня снизу вверх с восторгом, лицо буквально светилось:

— Мама, мама, ты только представь! Ты знаешь, что у нас теперь в доме столько детей⁈ Столько-столько-столько! Целая огромная куча! Больше, чем пальцев на ручках! И они все живут у нас, прямо здесь, и я познакомилась с одним мальчиком, его зовут Тобиас, и он такой смешной, хоть и немножко грубый и говорит плохие слова, но Мара сказала, что это потому, что он просто не привык к доброте и ласке, и что нужно быть с ним терпеливой, и…

Она тараторила без остановки, без пауз на вдох, захлёбываясь словами, и я слушала вполуха, просто наслаждаясь звуком её голоса, её близостью, теплом её в моих объятиях.

И тут краем глаза заметила движение.

За углом коридора, у самого основания широкой лестницы, ведущей на второй этаж, осторожно, крадучись выглядывала чья-то макушка — светлые, растрёпанные, торчащие во все стороны волосы.

Кто-то подглядывал за нами, прячась, но любопытство явно побеждало осторожность.

Я прищурилась, вглядываясь в ту сторону, и макушка немедленно дёрнулась назад, пытаясь спрятаться полностью, но было уже слишком поздно — я всё видела.

— Эй, — окликнула я негромко, но достаточно, чтобы меня услышали. — Кто там прячется? Выходи немедленно. Не надо прятаться и подглядывать.

Пауза. Тишина. Только тиканье старых часов где-то вдали.

Потом из-за угла медленно, крайне неохотно, словно на расстрел идущий, появился мальчик лет семи.

Коренастый, крепко сбитый, широкоплечий для своего возраста. Светлые волосы торчали ежиком, явно неподдающиеся никакой расчёске. Серые глаза смотрели на меня с подозрением, настороженностью и плохо скрываемым вызовом. Шрам на левой щечке — старый, побледневший, но всё ещё заметный, придающий лицу задиристое выражение.

Хм… И что это у нас тут за шпион?

Я медленно выпрямилась, отпуская Анику, но оставляя руку на её плече, и протянула вторую руку, поманив мальчика пальцем:

— Подойди сюда, пожалуйста. Не бойся. Хочу познакомиться с тобой поближе.

Мальчик сдвинул брови, губы поджались в упрямую, недовольную линию. Он явно колебался, взвешивал, стоит ли подчиниться или лучше развернуться и убежать.

Но после долгой паузы всё же двинулся в мою сторону — медленно, настороженно, словно приближаясь к хищнику, готовому наброситься в любой момент.

Остановился в паре метров от меня, скрестил руки на груди в защитной позе и буркнул неприветливо:

— Чего надо?

Не успела я и рта раскрыть, как Аника тут же влепила ему звонкий подзатыльник, от которого он едва не споткнулся:

— Тобиас! Не груби! Это моя мама! Ты обязан быть вежливым и уважительным с ней! Понял⁈

Мальчик покосился на неё с обидой, потёр затылок и пробурчал себе под нос:

— Больно же…

— Будешь грубить — ещё получишь! — пригрозила Аника, поднося к его носу свой сжатый кулачок.

Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться. Моя маленькая дочь уже успела взять этого мальчишку под своё крыло, и воспитывала его, как умела.

— Меня зовут Микэль, — представилась я спокойно, присаживаясь на корточки, чтобы оказаться на уровне его глаз. — Я мама Аники и владелица этого дома, хозяйка поместья. Очень рада познакомиться с тобой, Тобиас. Аника много рассказывала мне о тебе.