Книга Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!, страница 51 – Рика Лав

На первый взгляд — безупречно.

Но и я не зря провела столько лет, управляя филиалами премиум-отелей. Я научилась видеть то, что скрывается за красивыми цифрами и безукоризненной отчетностью. Научилась замечать нестыковки, несоответствия, ложные приоритеты.

И здесь их было предостаточно.

— Присаживайтесь, леди Эмилия, — предложила, не поднимая глаз от бумаг. — Нам есть что обсудить.

Женщина села, сложив руки на коленях. Ее лицо оставалось невозмутимым, но я заметила, как слегка дрогнули пальцы. Значит, не такая уж и уверенная, как хочет казаться.

С этим можно работать.

Я перелистнула еще несколько страниц, быстро просматривая содержимое. Мой мозг автоматически выхватывал ключевые моменты, анализировал, сопоставлял.

Расходы на свечи — завышены на тридцать процентов по сравнению с рыночными ценами, которые я видела в старых счетах.

Масло для ламп — закупалось у конкретного поставщика, хотя наверняка есть более дешевые альтернативы.

Дрова — количество не соответствует реальным потребностям дома такого размера, у нас в отелях были громоздкие камины, те и то больше требовали. А тут скоро начнется зимний сезон. А ведь есть еще истопная печь, кухня. Вода опять же как-то греется. Хотя здесь уж мое понимание физики этого мира заканчивается.

Продукты… О, продукты — это вообще отдельная песня. Меню расписано на неделю вперед, но оно рассчитано на трех человек — меня, Анику и саму Леди, не учитывая слуг, которые тоже должны питаться. Я уж не говорю про потенциальное увеличение штата.

Ремонт — смета составлена, но приоритеты расставлены абсурдно. Первым пунктом значится «замена гобеленов в гостиной», а не более первостепенные вещи. К тому же, она слышала, что я говорила про анализ дома вместе с Пиртом, но влепила это в смету сейчас, на авось, не беспокоясь, что оценка еще не была проведена.

И жалование…

Я остановилась на этой странице, перечитывая цифры.

Фания — двадцать серебрушек. Мара — пятнадцать. Сара и Лиди — по пятнадцать. Амили — десять.

А леди Эмилия — пять златых.

Да, я уже слышала эти суммы. Но разве она сама не видит полное несоответствие навыкам и реалиям?

Для тех, кто не в курсе конвертации местной валюты (а я как раз не была), это становилось плюс-минус понятно из контекстов отчетов, над которыми я сижу второй день. Один златый равнялся примерно пятидесяти-шестидесяти серебрушкам.

То есть экономка получала как минимум двести пятьдесят серебрушек. В месяц.

Больше, чем все остальные слуги вместе взятые.

Я медленно подняла глаза, встречаясь взглядом с леди Эмилией. Она смотрела на меня с плохо скрываемым превосходством, словно ожидая похвалы.

— Скажите, леди Эмилия, — начала я ровным тоном, который использовала в прошлой жизни, когда разбирала провалившиеся задачи, — вы действительно считаете этот отчет хорошим?

Женщина выпрямилась еще больше, если это вообще было возможно:

— Разумеется, госпожа. Я составила его на основе многолетнего опыта работы в поместьях высшей знати.

— Многолетнего опыта, — повторила задумчиво. — Понятно.

Я откинулась на спинку кресла, постукивая пальцами по подлокотнику. Это был старый прием — дать собеседнику время понервничать, пока ты собираешься с мыслями.

И я видела по ней… Она нервничала. Хорошо.

— Тогда объясните мне, пожалуйста, — я наклонилась вперед, положив руки на стол, — почему расходы на свечи в вашем отчете на тридцать процентов выше, чем в счетах за прошлые месяцы?