Книга Хегг. (не) Злодей для шестой сестры, страница 42 – Лолита Моро

— Не знаю.

Она поднялась на свои тонкие ножки. Красная струйка бежала от светлого треугольника волос к ступне.

— Всеблагая! Не смотри, — подняла бровки домиком и прикрылась, дурочка, ладошками.

— Да чего я в тебе ещё не видел, — ухмыльнулся я. Набрал в ладонь воды и смыл кровь. Взял полотенце поменьше, — на, зажми между ног.

Она послушалась. Я стоял и смотрел на бледное худенькое тело с торчащей тряпкой в промежности. В паху заметно напряглась моя плоть. Кыш!

— Хватит пялиться!

Девчонка вроде даже рассердилась. Ножкой топнула. Умора! Топает она тут!

— Очень ты нужна!

Я небрежно сплюнул, обернул барышню толстой мохнатой тканью и понёс, как ребёнка, посадив на согнутый локоть. Она обняла меня за шею. Пахло от неё моим дорогим мылом, холодной речной водой и кровью. Вот гниль. Похоже, меня это заводит.

Да уж, выдалось утречко, ничего не скажешь!

Уложил красавицу в собственную кровать.

Плотно задернул тяжелые шторы. Здесь окна выходят на запад, а в саду деревья. Время я чувствовал безупречно. Но все равно, пусть будет абсолютно темно. Стянул мокрые штаны и лег рядом с. Этой. Как же ее зовут? Может быть, мне самому ей имя придумать? Я ведь могу? Имею право!

Она придвинулась в своём мохнатом коконе, залезла под левую руку. Возле сердца. Я укрыл нас толстым одеялом. Хёгг. Я заснул почему-то счастливым.

Хегг

— Как тяжело быть натуралом! — насмешливо провозгласил Фосс, когда во второй половине дня я вплыл в столовую.

Парочка сидела за бриджем. На свободной половине стола Пьер, наш повар, накрывал для меня как бы завтрак. Он хорошо изучил мои вкусы. Заставлял тарелками стол густо, без пробелов.

— И тебе доброго дня, — я улыбнулся.

— Ты только посмотри на него, Болл! Вместо того, чтобы наслаждаться отдыхом после тяжелейшей ночи, он битых два часа возился с этой грязной. Отмывал от неё всякую дрянь. Уложил к себе в постель. Теперь её останется только выкинуть. Я про кровать. Если пятна отойдут, то гнусный запах-никогда. Да была бы женщина! Вроде той, что орала под тобой на весь дом позавчера. Тут можно понять. Ведьма! Тело, как у легионера. Сила. Девиация. Экстаз. От вашего оргазма подвески на люстре в зале звенели. И что потом? Забыл ведь даже как зовут. Правильно. Молодец. Но это! Просто. Это. Средний род. Притащил в дом. Провоняла все своей менструацией. Отвратительно. Посмотри на него, Болл. Сидит, жрет манную кашу и ухмыляется. Извращенец!

Фосс сделал вывод и махнул наманикюренной рукой в мою сторону.

— Да. Я такой, — осклабился я всем присутствующим, — вот у тебя, Фосс, есть Болл. У тебя, Болл, есть Фосс. У Пьера есть Абдул. И наоборот. А я? У меня никого нет. Даже собаки…

— У нас есть Флинт, — перебили меня нестройным хором.

— Отвалите. Я один.

— У тебя есть все мы, — провозгласил торжественно Болл.

— Да. Нет. Эта дурочка для меня вроде собаки. Я не сплю с ней. Даже не собираюсь. У неё рука тоньше, чем мой член.

— О-о! — меня снова перебили.

— Заткнитесь ещё раз. Она моя землячка. Говорит на моем языке. Мне хорошо в таком раскладе. Разве я кому-то мешаю?

Я выскреб кашу до последней крупинки и ложку облизал.

— Так ты её завёл для разговоров? — насмехался умник Фосс, — никогда не слышал, что бы ты разговаривал с бабами! — он расхохотался. Подошёл ко мне: — все равно, она мне не нравится. Есть в ней какой-то неприятный сюрприз. Попомнишь моё слово. Сдай её в собачий приют, пока не поздно, милый,