Книга Последний вздох, страница 117 – Эмма Пиньятьелло

— Ну да. Я думал, вы знали! Вы ведь здесь с его дочерью, да?

Какой же дурой она была! И как же Кларксон мог так ошибиться?

Полагая, что хуже уже не будет, она взяла фотографию, которую они нашли в доме Ла Маркас. И снова ошиблась – стало хуже.

— Возможно ли, что это каким-то образом подделано?

— Нет, синьора, это подлинная фотография – мой отец историк. Я сразу узнаю, если что-то обработано в фотошопе или с помощью искусственного интеллекта. Это изображение подлинное.

Нелла посмотрела на крошечный квадратик, приклеенный скотчем к красному шкафу, и взор ее затуманился. Дейзи, Роман и Ариана стояли перед фото, словно охранники перед «Моной Лизой». Глядя на их лица, можно было предположить, что они только что обнаружили мертвеца.

Мертвец стал бы, конечно, предпочтительным вариантом.

Фотография была черно-белой, со слегка выцветшими краями и тонкой белой каймой. Двое мужчин, стоящих плечом к плечу, улыбающихся и обнимающих друг друга, держали перед собой лист бумаги формата А4. Тот самый лист А4, который в настоящее время висел в рамке в пентхаусе Неллы в Перте, с замазанными черным секретными ингредиентами.

Узнать обоих не составляло труда. Тот, что слева, был невысоким, с густыми черными усами и заметной родинкой возле левого глаза. Другой был высоким и стройным, со светлыми волосами и залысинами.

Эмилио Барбарани и Антонио Ла Маркас.

Смертельные враги. Обнимающиеся на фоне недостроенной железной дороги и держащие рецепт, который они создали вместе.

Вместе.

— А вино… – Голос Неллы дрогнул, когда она умоляюще взглянула на Романа. – Можно ли как-то установить, когда оно было изготовлено?

— Да, у нас есть эксперты – они, конечно, есть и у вас в Австралии, – но я могу сказать по бутылке. Видите здесь желобки? – Роман взял ее руку – шокированная, она даже не сопротивлялась – и провел ее пальцем по донышку бутылки. Обычно поверхность здесь гладкая, но сейчас Нелла ощутила крошечные выпуклые бугорки, словно шрифт Брайля. – Это послание, и я один из немногих в этой стране, кто может его прочитать.

Личный винный знаток Маттео Ла Маркас, чтоб тебя. Великолепно.

— Позволь угадать, – выдохнула Нелла. – Там сказано, что это вино было изготовлено Антонио Ла Маркас в том же году, когда была сделана эта фотография.

— И Эмилио Барбарани, – добавил Роман, указывая на бугорки в конце сообщения. – Вместе. Это сообщение – своего рода защита от контрафакта. И некоторые, как и синьор Маттео, полагают, что причина, по которой его больше нет на более поздних бутылках сангве, заключается в том, что только Антонио знал об этой детали. Он делал эту тайную надпись в качестве страховки на случай предательства со стороны делового партнера.

Ей хотелось закричать. Хотелось броситься в озеро Орта и задержать дыхание под водой до тех пор, пока перед глазами не замигают огоньки, и смерть не примет ее в свои мягкие объятья.

Официант поставил перед ними поднос – канноли с фисташками.

Неподалеку целовалась парочка, укрывшаяся под одним из красных зонтиков на берегу. Позади Неллы и Романа раздался смех и зазвенели бокалы. Солнце таяло в ярких оранжевых и розовых лучах над погрузившимся в тень горным хребтом.

Как такое возможно? Неужели весь мир не замечает, что перевернулся с ног на голову? Что все кончено? Что это не может происходить наяву?