Онлайн книга «Арам и Лиза»
|
Да неужели же я не укрощу эту тигрицу? Должен быть к ней какой-то подход… Эх, чтобы я раньше парился таким — подход к девушкам искал! Сроду такого не было. Сами все, что хотел, давали, а о предложении от меня только мечтать могли. Даже с Лизой раньше все было намно-о-ого проще. Она сама в объятия лезла. — Окей, — выдыхаю я. — А про Лешу мне расскажешь? — Что ты хочешь знать? — В ее голосе появляется осторожный интерес. — Все. — Наклоняюсь вперед. — Какой он родился, сколько весил, какой был рост, во сколько впервые сел, встал, сделал первый шажок. Фотоиллюстрации строго приветствуются. Сам того не осознавая, я нашел ту единственную тему, которая зацепила Лизу. Наверное, потому что какой матери не нравится рассказывать про своего ребенка? А какому отцу не нравится слушать? Особенно если ты всю эту прелесть взросления ребенка пропустил по собственной глупости. Сначала тихо и скромно, потом гораздо более эмоционально Лиза выкладывает мне биографию Леши. Рассказывает, как он родился с весом 3200 и ростом 52 сантиметра, как кричал в роддоме так, что весь этаж слышал. Как в три месяца начал улыбаться, а в полгода уже пытался ползти к игрушкам. Через полчаса разговора чувствую, как она расслабляется. Даже балует меня видеороликами на телефоне, где в главной роли черноглазый и черноволосый карапуз. — А вот смотри, — смеется Лиза, показывая видео, где двухлетний Леша пытается засунуть огромную морковку в рот плюшевого зайца. — Он решил, что зайчик голодный, и полчаса его кормил. А потом расплакался, что тот не ест. — Добрый парень растет, — усмехаюсь я. — Прямо как мама — всех накормить норовит. Не знаю, зачем ее подкалываю, но уж больно нравится, как она забавно принимается возмущаться. — Вообще-то, ты лопал мои котлеты, так что все претензии мимо! — гордо вздергивает носик она. Вечер, можно сказать, спасен. Мне до дрожи приятно видеть Лизу в кои-то веки не злющей, а расслабленной. Она совершенно другая, когда говорит о сыне — не морщит лоб, не кидает возмущенных взглядов. Глаза светятся материнской любовью, губы изгибаются в мягкой улыбке. Любуюсь уже не сыном, а ею… И понимаю, почему она пошла в модели. Ведь такую красоту грех не показать миру. Я очарован ею. Даже если убрать всю нашу предысторию и предположить, что вот сейчас впервые ее встретил, я бы повелся. Еще как повелся! Моментально пригласил бы ее на свидание, и закончилось бы оно к утру понедельника. Сижу, пялюсь на мою красивую девочку и наглым образом балдею от ее жестов, мимики, певучего звонкого голоса. От того, как она поправляет волосы, когда увлечена рассказом. Скоро к нам присоединяется разрумянившийся Леха — требует еду и внимание. Мы ужинаем втроем, как настоящая семья. Пацан уплетает наггетсы за обе щеки и рассказывает о своих гоночных подвигах. А потом, как по щелчку пальцев, наступило девять вечера. И пора домой! Да что же такое… Почему в компании этих двоих время несется так стремительно? Без них маялся целый день, даже работа не отвлекала от мыслей. А тут парой слов перекинулись — и трех часов как не бывало. И какие это были часы! Лучшие за последнее время. — Мы домой, — объявляет Лиза, поглядывая на часы. Кутаемся в зимнюю одежду, выходим на улицу. Мороз крепчает, снег скрипит под ногами. |