Книга Вкус счастья в итальянской деревушке, страница 101 – Лоренца Джентиле

Майя указывает на ворох одежды:

— Бери что захочешь.

Я колеблюсь. Все вещи прекрасны, и она всегда так щедра.

Она выключает музыку и вдруг становится серьезной:

— Что скажешь? Что еще нам может пригодиться?

Кажется, она уловила мое настроение. Я улыбаюсь, но расслабиться не могу. Внутри будто что-то застряло.

— Это просто мечта… — шепчу я.

Майя теперь кажется мне другой. Возможно, я вижу ее глазами своих одноклассников. Не божество, обычный человек, очаровательная девушка с сильным, порой доминирующим характером, пожалуй, чересчур восторженная и резкая в суждениях. Неужели я попала под чужое влияние? Селена, которую видит Майя, — независимая, непокорная, неординарная — та ли это Селена, которую знаю я? Это ее проекция или действительно тот человек, которым я себя вижу?

Что станет с моей жизнью, если я сюда перееду? Что, если однажды я проснусь и осознаю, что все это и правда только мечты? Что за пределами нашего сообщества никто не верит в мои творческие способности? Что мне жизненно необходимо общение с внешним миром? И как я буду начинать все сначала, не имея ни диплома, ни профессии?

Выпускные экзамены я сдала хорошо, и хотя итоговую оценку еще не знаю, но она должна быть высокой. Потому я и подала документы на факультет дизайна в политехническом университете. Конечно, это меня ни к чему не обязывает.

Часть меня искренне хочет верить, что это только начало. Что я останусь здесь, что мы будем жить нашей дружной компанией свободно и беззаботно, а внешний мир вокруг будет вращаться сам по себе.

Мы в ашраме. Я всего несколько часов в Апулии, а уже наступила ночь Гуру Пурнима. В этом году с нами будет наш духовный учитель, и я наконец смогу с ним познакомиться. Мы застаем его уже в храме — облаченный в белое, он сидит на большой подушке. Присутствие гуру оказывает куда более сильное воздействие, чем я думала. От него невозможно отвести глаз. Он выглядит ребенком в теле взрослого мужчины и в то же время мудрым старцем, что вызывает трепет и восхищение. Мы ждали этого момента много лет. Учитель покидает Индию редко и только для того, чтобы посетить одну из преданных ему общин в разных уголках мира. У нас он еще не бывал.

Я встаю в очередь из желающих выразить ему свое почтение, складываю ладони перед грудью. Когда наступает мой черед, гуру жестом предлагает сесть и кладет руку мне на плечо.

— Я так боюсь ошибиться… Не знаю, какую дорогу выбрать… — шепотом признаюсь я ему, то ли как мудрому дедушке, которого никогда не имела, то ли как немому изваянию, которому поклонялась всю жизнь.

Он отвечает едва уловимой насмешливой улыбкой:

— Не волнуйся так. Это совершенно неважно.

— То есть как? — замираю я.

— Все твои дороги приведут тебя в одно и то же место.

Что он имеет в виду? Я не понимаю… Но пора склонить голову и выразить благодарность. Я растеряна и едва замечаю, как учитель надевает мне на шею малу из плодов рудракши.

— Сам путь не имеет значения, главное — что ты несешь с собой.

Мне хочется остаться и осознать смысл услышанного, но приходится уступить место следующему почитателю. Саверио, Майя, Паоло и остальные друзья ждут своей очереди.

Я выхожу во двор. Солнце садится, и каменный пол под ногами постепенно остывает. Навещаю Ганешу, надеваю ему, влажному от ароматических масел, цветочную гирлянду на шею и снова ощущаю себя девятилетней. Повсюду люди: ходят туда-сюда, зажигают факелы, приносят подносы с дарами и корзины с фруктами. Я медленно обхожу храм, приветствуя статуи. Я могла бы остаться, это было бы так просто. Но, стоя перед богиней-матерью и поглаживая малу на шее, я понимаю: решение принято. Я покидаю это место. Я уже ухожу.