Книга Эндшпиль, страница 123 – Камила Соколова

— Придурок, – прошипела Кристина. – Вы друг друга стоите. Два сумасшедших.

— Точно, – согласился я, сам не понимая, почему ее слова вдруг вызвали тепло внутри.

Таксист высадил нас раньше, потому что проезд перегородил фургон, разгружающий мебель. Двор был таким знакомым, что я мог идти с закрытыми глазами, таща за собой Кристину. Сейчас он был не в лучшем виде – в апреле все-таки, кроме ощущения весны, особой прелести нет. Но солнце пригревало, и радость от этого переплеталась во мне с предвкушением встречи с Мирой. Пальцы на автомате набрали код подъезда.

— Привет, Надежда Петровна, – кивнул я консьержке. Она хотела что-то сказать, скорей всего констатировать, что я приехал, и спросить, как у меня дела, как она всегда делала. Она относилась к нам с теплом и даже пыталась подкармливать нас, когда мы с Мишей понемногу разбирались, как жить дальше, когда родители погибли. Но прямо сейчас я не остановился – не до разговоров. Потом, все потом.

Лифт, казалось, еле спускался с самого верха, испытывая мое и без того неангельское терпение. Кристина без остановки что-то бормотала себе под нос, возможно насылала на меня проклятья, но я ее не слушал. Нажал кнопку пятнадцатого этажа, и лифт стал медленно поднимать нас наверх.

Знакомый запах площадки. Все родное и привычное. Я достал из рюкзака связку ключей и, открыв дверь, просто вошел в коридор. Дома все было как всегда. Вещи лежали на своих местах, все чисто и опрятно. Я был благодарен Мише за то, что она не пыталась что-то менять, поэтому каждый раз возвращение домой вызывало приятное облегчение. Огляделся и понял, что могу сейчас встретить неодетую сестру или, что хуже, неодетого Макса. Но мне было плевать. Мне нужна была моя девушка.

— Мира! – взревел я из коридора. От этого звука даже Кристина съежилась.

В комнате Миши послышались шаги, потом все затихло. Шепот. Секунда, и из двери показалась голова Миши.

— Роберт? – удивилась она. – Ты что здесь делаешь?

Ее взгляд упал на Кристину.

— Здравствуйте, – нахмурилась она, затем прищурилась, словно вспоминая. – Кристина?

Кто-то ойкнул в комнате, и Миша обернулась.

— Это Мира там? – спросил я, пропуская все приветствия.

Миша неуверенно посмотрела на меня.

— Что случилось? Почему ты здесь так рано? Что опять не так у тебя с Мирой? – сыпала она вопросами, продолжая выглядывать из двери. Не подошла, не обняла, словно заняла какой-то пост и не хотела с него уходить.

Кристина переминалась с ноги на ногу, готовая сбежать из этого дурдома куда угодно.

— Она там? – повторил я, указывая на дверь.

Сестра неохотно кивнула. Схватив Кристину за руку, я потащил ее в комнату Миши. На стуле, рядом с письменным столом, сидела Мира в розовой пижаме с шахматными фигурами.

Она выглядела бледной и осунувшейся, но при этом была поразительно красивой. У меня сразу перестало биться сердце или, наоборот, оно забилось настолько быстро, что я не чувствовал ударов. Захотелось обнять ее, прижать, зарыться в волосы, расцеловать, но вместо этого я сказал:

— Мира, ты помнишь Кристину?

Мира испуганно вжалась в кресло, прикусив губу, и кивнула. Миша смотрела на нас с полным непониманием, переводя взгляд. То на одного, то на другого. Кажется, Мира ничего ей не рассказала.

— Так вот, – продолжал я, обращаясь только к Мире. – Кристина ответит на твои вопросы.