Книга Солёный зефир, страница 14 – Даша Art

Не то, чтобы папа не позволял мне что-то менять, но я и сама не просила. Считая, что так буду лучшей дочерью. Снова ошиблась.

— Нет, не надо ему говорить.

Мороженое оставило во рту приторную сладость. Я глотнула чай, обжигая слизистую. Закашлялась, а затем вовсе расплакалась. Мари молча обняла меня: комнатный фонтан явно не вписывался в дизайн.

Столовая гудела от голосов оживленных школьников. Понедельник — самый нелюбимый день недели, но и вместе с тем самый оживленный. Каждый норовит встретиться с друзьями, чтобы поделиться важными сведениями, без которых те точно умрут от дезинформационной комы.

Помещение было огромным по площади и светлым за счет высоких потолков и окон. Справа расставлены столики, слева находится раздаточный островок, позади которого сама кухня, откуда всегда доносился женский смех и громыхание кастрюль.

Во главе раздачи царила Валентина Михайловна, по-простому, тетя Валя. Пухлая женщина за пятьдесят, одетая в белый поварской китель. Поверх него синий фартук, а на голове чепчик.

Я всегда приветливо ей улыбалась, вежливо общаясь, за что вознаграждалась самой аппетитной порцией.

— Добрый день, — вот и сейчас вымученно улыбаюсь, — мне как обычно, пожалуйста.

— Здравствуй, милая, — она отвечает улыбкой, но тут же ойкает: — Господь с тобой, ты чего такая бледная? Заболела?

— Нет, — мотаю головой, — просто не выспалась.

— Знаю я эти ваши «не выспались», — всплескивает руками. — Небось по мальчику какому-нибудь убивалась. Ходят тут всякие. Вот как этот проглот, звезда наша, Войтович. Хорош чертяка, да смотрит так равнодушно. Ничего, кроме своего баскетбола не замечает.

— Куда нам до него? — шучу, хотя ребра словно обвили терновником.

— Неправильно, — тетя Валя качает пальцем. — Надо говорить: куда ему до нас. Ты вон девчонка красивая, добрая, умная. Сама можешь парней выбирать.

— Спасибо, — искренне благодарю, поднимая поднос. От комплимента потеплело.

Я не спешила, оттягивая момент встречи с подругами. До девятого класса мы учились вместе, но дальше нас разделила профильная подготовка.

Софа выбрала биолого-химический профиль. Она поставила себе цель стать учителем. Алиса свернула в гуманитарный. Я же ушла туда, куда изначально планировала — в лингвистический, с углубленным изучением китайского.

Папа одобрил, посчитав занятие перспективным, учитывая активно развивающиеся международные отношения.

Рассказать девчонкам о случившемся пришлось в тот же день. В общем чате. Я не смогла говорить: не хотелось слушать утешительные слова Алисы и пренебрежительное ворчание всезнающей Софы. Я люблю её, знаю с горшка, но в последнее время меня начала напрягать её осенняя хандра.

— Давай, скажи это, — опережаю подругу, садясь за столик, поставив поднос перед собой, — я выслушаю. Знаю, что у тебя язык чешется.

Выходные дались нелегко. Вот еще по этой причине мне не хотелось контактировать с подругами. С лихвой хватило сестры. Мари то и дело вламывалась в мою комнату, чтобы вытащить меня из лап меланхолии. Это дословная цитата. Мои оправдания и уверения не принесли ровным счетом никакого эффекта. И вот вместо зализывания ран я таскалась за ней по торговому центру в поиске моего идеального платья, которое гарантированно должно было поднять мне настроение.