Книга Развод. А была ли месть?, страница 80 – Дора Шабанн

— Присутствие рядом этого конкретного мужчины, а также его сильная рука, меня обнимающая, лишают Наталью Михайловну спокойствия напрочь.

— Наташенька, дело вот в чём: тут внезапно у Федерации волейбола России совместно с Комитетом по спорту Санкт-Петербурга появился амбициозный проект…

Услышав перечень участников, заранее мысленно схватилась за голову и сердце: это такие товарищи, у которых просто никогда ничего не бывает.

А Мирослав Илларионович тем временем проводил меня в гардероб, помог раздеться и дальше по спец. пропуску увлёк в недра библиотеки, по дороге продолжая вполголоса объяснять ситуацию:

— В общем, они решили все ж таки организовать Волейбольному Клубу «Зенит» ещё и женскую сборную. Как основную, так и «молодёжку». Родная спортшкола подала мою кандидатуру, как тренера молодёжной женской команды. Ну и вы сами видите: пришёл вызов, и я при параде здесь.

— А почему здесь-то? — я по-прежнему недоумевала, ибо волейбол и Комитет по спорту, мне казалось, были настолько же далеки от одного из главных книгохранилищ страны, как и любимый тренер Марьяны Константиновны.

Хитро улыбнувшись, Мирослав Илларионович прижал меня к себе и жарко выдохнул на ухо:

— Да тут отцы-основатели Федерации, из ныне здравствующих, презентуют некоторые свои автобиографические труды. Устроили авторский вечер и пополнение библиотечных фондов заодно.

Молча хлопала глазами, поскольку быстро сориентироваться было сложно.

А Муромов, продолжая прижимать меня к себе, уже привёл нас в небольшой зал, где находились пятеро седовласых мужчин в костюмах, занятых беседой.

— Наташенька, ничему не удивляйся и, пожалуйста, меня поддержи, — шепнул Мирослав, а потом поднёс мои руки к губам, по очереди поцеловав пальчики.

Последовавший за этим финт, поразил меня настолько, что я потеряла дар речи.

По нашей традиции прикрыв меня от собравшихся спиной, Муромов достал из кармана кольцо и нацепил его мне на безымянный палец. И теперь, в свете ярких люминесцентных ламп, мне ехидно подмигивал достаточно крупный бриллиант.

Я успела лишь выпучить глаза, но не высказаться, к счастью.

— Мирослав, вот только тебя и ждали, — к нам приблизился подтянутый, седовласый господин сухощавого телосложения и ростом примерно с меня, то есть значительно ниже Муромова.

— Представишь даму? — поклонился мне и хитро так улыбнулся.

Мирослав поцеловал руку с колечком, потом прижал меня к себе и сдержанно кивнул собеседнику, но высказаться так же не успел.

К нашей компании присоединился один из «отцов города», кажется, вице-губернатор. Мы с ним несколько раз пересекались на приемах, куда я изредка сопровождала бывшего мужа.

— О, госпожа Чарторыйская, — расплылся он в улыбке.

— Карельская, — тихо выдохнула и сделала максимально нейтральное лицо.

Но все мои старания пошли прахом, потому что Мирослав Илларионович хмыкнул и, поцеловав меня в висок, во всеуслышание произнёс:

— Это ненадолго. Скоро Муромова будешь.

Солидные мужчины переглянулись, а тот, что вроде как губернатор, уточнил:

— Наталья, а как же Константин Станиславович?

Я — молодец! Меня не перекосило совсем, да я даже зубами не скрипнула.

— Мы с Константином Станиславовичем развелись весной. Поэтому ничего сказать по поводу того, как он, я уже полгода не могу.