Книга До звезды на ёлку, страница 87 – Тата Кит

Кто бы мог подумать, что в комнате для допроса мне станет так тепло и спокойно.?

Хотя, спокойнее мне становилось исключительно от мысли, что сейчас придёт Матвей и мы поедем домой.

Всё ещё на каком-то адреналине после стычки с пьяной неадекватной парочкой я не могла сидеть и ходила от угла к углу в маленькой комнате, где кроме стола и двух стульев ничего больше не было.

А затем, услышав голос Матвея в коридоре, я замерла. Хотела прыгать от счастья и хлопать в ладоши, но сдержалась. Вдруг здесь камеры какие-нибудь скрытые есть, а я как дворняжка радуюсь будущему допросу.

Сейчас приедем домой, я прямо у порога сниму шубу, чтобы Матвей офигел и перестал уже со мной аккуратничать.

— … следаки закончились? Какого хуя я этим должен заниматься? — Матвей недовольно бурчал за дверью. Дверная ручка плавно опустилась вниз. Он зашёл, пока, не глядя в комнату, где стояла я. С кем-то ругался в сторону коридора. Я переминалась с ноги на ногу и улыбнулась шире, когда Матвей, наконец, соизволил повернуть голову и посмотреть на меня. Сначала он смотрел со злостью и раздражением, но уже через мгновение в его глазах появилось узнавание и удивление. — Какого…?! — выдохнул он. В руке его прозвенела связка ключей. Вновь посмотрел в коридор, словно проверил, нет ли там кого, кто подслушивает, а затем закрыл дверь. — Плюша… Не понял… Ты почему здесь?

— Я не мусорнусь, гражданин начальник, — бросила я развязно, едва сдерживая улыбку.

Не могу, когда он такой красивый в этом своём пуловере, обтягивающем крутые бицепсы, широкие плечи и мощную грудку клетку. А сколько мужественности ему добавляют ремни от кобуры на плечах, ммм…

— Плюша, — судя по тому, как строго он произнес моё имя, Матвею было совсем не до смеха. — Тебя задержали! Ты почему здесь? Что случилось?

Темные карие глаза смотрели на меня сурово. Походу, он реально пришёл меня допрашивать. Видимо, он говорил правду, когда сказал, что спокойный нежный котик он только дома.

Стало немного страшно, но вместе с тем внутри меня включился протест.

Какого фига он так со мной разговаривает?

Вздохнув и цокнув, я решила рассказать ему всё как есть:

— Во дворе дома какой-то мудак бил женщину под деревом, раздевал. Я выбежала, чтобы помочь ей. Подралась с этим мудаком, но потом мне пришлось драться с этой дурой за то, что я ударила её мужика…

— Ты дралась?! — выдохнул Матвей возмущенно. Кажется, он готов был взяться за голову обеими руками, но вместо этого взялся за меня. Первым делом стал ощупывать и осматривать ноги. — Ты ещё и без колготок зимой, — ворчал как дед.

— Что ты со мной как с маленькой? — я нервно дёрнулась и отступила на пару шагов, почти уперевшись спиной в стену.

— У тебя рёбра, Плюш!

Опять он завёл эту песню…

— У меня ещё много чего есть помимо рёбер. Хочешь посмотреть? — бросила я и стала расстегивать пуговицы на шубе. — Может, хоть так заметишь?

— Поехали домой, Плюш. Там всё посмотрю, — в его руке вновь брякнули ключи. — Только домой через больницу.

— Я подралась с двумя алкашами, меня повязали менты и, как видишь… — я сбросила шубу с плеч. Она упала меховым облаком к ногам. — … всё целое и всё на месте.

Матвей уронил челюсть и связку ключей. Последняя со звоном упала на пол в пустой тихой комнате.