Книга Измена. Всё, что от нас осталось, страница 113 – Тина Джель

Нет, жить я здесь больше не хочу.

Захлопываю дверь. Прохожу не разуваясь, хоть на первый взгляд, в квартире и чисто.

На кухне, на плите, кофеварка стоит. Чистая. На столешнице банка с кофе. Нюхаю, чтобы перебить неприятные запахи, осевшие в носу. Открываю окно.

Иду в спальню. Там, всё так же, как перед моим отъездом. Даже халат на кровати лежит, как я его оставила впопыхах перед вылетом. А в детской кроватке, пледик с дельфинчиками, который Кох сыну покупал после выписки из больницы. Беру этот пледик в руки, носом в него утыкаюсь, воспоминания лавиной обрушиваются: как жили мы здесь, как с друзьями встречались, с родственниками, как сына сюда привезли, когда он родился. И ведь много всего хорошего здесь было...

Дверь щёлкает негромко, а я так и стою, уткнувшись носом в детское покрывальце.

— Привет, — Кох заходит бесшумно. Обнимет меня. В щёчку целует. Пахнет приятно. — Давно ждёшь? — спрашивает.

— Нет, только зашла, — складываю аккуратно покрывало. Вешаю его на кроватку.

— Ты одна?

— Одна.

— Почему сына не привезла? — тихо говорит, без упрёка в голосе.

— Решила, что поговорить нам надо, — взгляд на него поднимаю, — хорошо выглядишь.

И это правда. Выглядит он замечательно.

— Ты тоже ничего...

Фыркаю...

— Ты не меняешься Кох, мог бы и комплимент мне какой-нибудь сказать, в честь встречи, ничего бы с тобой не случилось... — Он смотрит на меня немного непонимающе, а я окончательно прихожу в себя. — Ладно, ладно, ты старый солдат...не парься...

— Замечательно выглядишь, — неожиданно говорит он, и даже не смеётся. Я теряюсь немного. Не ожидала. — Он тебе делает комплименты? — вдруг спрашивает, и всё портит своим вопросом.

— Я хочу о нас с тобой поговорить Вань, — не ведусь на провокацию. — Хочу продать эту квартиру...не хочу здесь жить.

— Я займусь...

— Я сама займусь, раз уж я приехала. — Говорю, и на кухню иду.

Он за мной следует. Молча.

Заправляю кофеварку, чтобы руки чем-то занять. Чашки на стол ставлю. Успокаиваюсь, занимаясь привычными делами.

— Когда я сына увижу?

— Когда хочешь, только у меня условие...

— Какое?

— Не хочу, чтобы Анжела твоя с сыном моим виделась..

— У меня тоже условие..., - застываю с кофеваркой в руках, — не хочу, чтобы твой врач сыном моим занимался, — рука моя дёргается, и кофе мимо чашки льётся.

Ставлю кофеварку на стол. Тряпку беру. Вытираю всё. Внутри недовольство назревает, наружу рвётся. Еле сдерживаюсь.

— Я разговаривала с Ритой по поводу твоей любовницы, — не называю её по имени специально, не хочу, — так вот, она очень долго её преследовала. Оставляла ей на автоответчике угрозы. Она у тебя ходит по разным гадалкам, бабкам, не гнушается никакими методами. Ты взрослый человек, ты в состоянии себя защитить, а ребёнок, — нет. Я не хочу рисковать, мало ли...

— Я расстался с ней, — прерывает он меня на полуслове...

— Не верю...

— Её чуть в психушку не увезли, — у меня глаза на лоб лезут. — После такого, не возвращаются...поверь...

— Ты это правда сделал Кох?

— Что?

— Сдал её в психушку?

— Да нет, она сама уехала. Я просто попугать её хотел, — и, как ни в чём ни бывало, продолжает: Нин, давай попробуем, а? Всё сначала...Ведь нормально всё было у нас. Ну виноват я, прости, исправлюсь. Я понял всё. Мне плохо без тебя было, да ещё неприятности на голову свалились... Ну хочешь я на колени перед тобой встану?