Книга Никому не говори, страница 65 – Марина Зимняя

— Какое фотографирование? — поворачиваюсь к ней.

— Да, действительно, какое фотографирование, — отмахивается бабушка, — ты ведь еще не выпускница. Я хотела попросить тебя зайти на почту после школы. Сейчас принесу извещение. Там письмо заказное, нужно забрать.

— Хорошо, заберу, — бормочу я, скосив взгляд на занавеску, за которой прячутся цветы.

Перерыв все вещи, я так и не нашла ни одних целых капроновых колготок. У меня точно была новая пачка, но куда она запропастилась, я так не поняла. Те, что я нашла, никуда не годятся, не буду же я ходить в колготках с затяжками. Стараясь не разбудить маму, роюсь в ее комоде.

— Что ты ищешь? — мама приподнимает голову, медленно моргает.

— Ничего, спи… — бормочу себе под нос, продолжая исследовать ящики.

— Джерри! — слегка прикрикивает она, поднимаясь с кровати, пошатываясь на ватных ногах, идет ко мне, не позволяя мне дернуть верхний ящик комода, придержав его ладонью. Смотрит на меня возмущенным взглядом. — Что ты ищешь в моих вещах? — повышает голос.

— Хотела одолжить у тебя колготки, — отвечаю язвительно, меня моментально выводит из себя ее взвинченное настроение.

— Ты могла бы просто попросить! — мама собирается приоткрыть ящик, который не позволила мне вытащить, но я резко толкаю его ладонью, задвигая обратно. — Уже не надо, — выхожу из ее комнаты.

— Джерри! — летит мне в спину. — Возьми!

— Не надо! — повторяю снова.

Мама идет следом за мной, заходит в комнату. Я рассовываю по полкам вещи не реагируя на нее. Она кладет на кровать новую упаковку с черными колготками.

— Забери, я передумала!

Это была плохая идея. Я очень редко ношу юбки. С чего вдруг, сегодняшний день, должен стать исключением. Злюсь не на маму, а на себя, но выходит так, что отыгрываюсь сейчас на ней.

— Что это у тебя? — мама собирается дернуть в сторону занавеску, за которой прячется букет.

— Не трогай! — в два шага пересекаю комнату и отталкиваю ее руку.

— Что ты прячешь⁈ — игнорируя мой протест, мама отдергивает в сторону занавеску. Ткань цепляется за колючки на листьях, банка переворачивается, вода растекается по полу, под снопом завалившихся на бок цветов.

Я подхватываю букет на руки не взирая на шипы и колючки.

— Я сказала не трогай!! — кричу на нее, чувствуя, как кожу прокалывают иглы. Мама смотрит на меня в недоумении, слегка отступает назад. Кидаю цветы на стол, сев на корточки поднимаю банку. — Уйди отсюда!

— Я принесу тряпку.

— Я сама уберу! Выйди и не заходи ко мне в комнату больше! Поняла⁉ — чувствую, как соль начинает щипать глаза.

— Ты чего завелась, дочь? — мамин взгляд бегает по моему лицу.

— Что тут у вас происходит? — в дверном проеме появляется бабушка. — А чертополох откуда?

— По пути из школы нарвала, — проношусь мимо нее, собираясь найти половую тряпку.

Меня трясет мелкой дрожью, сердце неистово колотится, а синяки на теле горят так, словно кто-то поджаривает меня паяльной лампой.

— Джерен, я уберу! Сядь позавтракай, — бабушка снова за моей спиной. — Слышишь меня! — продолжает ходить за мной по пятам.

— Да, оставьте уже меня в покое!! Просто отстаньте от меня! — голошу я, начиная рыдать. — Просто, оставьте меня в покое!! — сажусь на корточки, зарываясь пальцами в еще влажные волосы. Реву белугой. Слезы капают на пол: кап-кап-кап…