Книга Союз спасения Завтра, страница 132 – Юлия Фим, Дэри Айронин

Судьба Хёнджу в этой Корее была изменена. Даже не так. Создатель вмешался и изменил одну судьбу. Насколько же человеческий поступок с его стороны.

О многом можно поразмыслить, пока лежишь связанный в каком-то погребе. Например, что неделя выдалась тяжёлой. Двенадцать дней назад Ён бы сказал, что выбрать кофе, когда с утра торопишься на работу, тяжело. Сегодня официально мог заявить, что быть избитым до смерти тоже довольно тяжело. Как ни странно, выбор кофе от этого легче не становился.

Размышления прервала огромная фигура Ёк Кичхоля, появившаяся в дверях. Ему пришлось согнуться почти вдвое, чтобы протиснуться через низкий проём. Следом за ним шли Нангиль и Джи Сокджин, неся лёгкий переносной столик, а позади Суён с Ан Сонджа, держа в руках миски и кастрюльку.

Бахнув всё это с грохотом в дальнем от Ёна углу, они уделили внимание и ему. Суён подошла ближе и вытащила кляп у него изо рта.

Ён, которого одолели навязчивые мысли о кофе, тут же заговорил:

— А нет ли у вас кофе? Думаю, я бы жизнь отдал за чашку кофе.

На секунду призадумался и добавил:

— Буквально даже, а не фигурально.

Честно говоря, он заслужил передышку. Неизвестно, что Проводники в этом мире собираются с ним сделать, но если бы ему дали чашечку кофе…

— Кофе, – фыркнула Суён.

— Вот наглец, – Нангиль подошёл ближе и замахнулся.

Ён перевёл на него взгляд: наверное, он заразился некоторым фатализмом от Создателя. Он так спокойно взирал на поднимающуюся руку, словно больно будет не ему, словно и тело не его.

— Помалкивай, – Нангиль так и не смог донести руку до лица Ёна.

— Ладно-ладно, – Кичхоль гремел посудой. – Давайте поедим, пока не остыло.

— Именно, – произнесла Ан Сонджа. – Допросить ещё успеем.

Джи Сокджин тут же добавил:

— Так любезно было поделиться едой со стороны…

— Тихо, – зашипели на него все.

Собрались опять все те же, подумал Ён.

Проводники вновь играли некую значимую роль. Кем же они были? Участниками ополчения? Почему каждый мир, в котором Ён оказывался, был на грани катастрофы? Потому что Создатель сдался – и все миры подлежали исчезновению?

В этот раз Проводники меньше всего походили на себя. Все они выглядели измождёнными, с простыми причёсками и в простых белых одеждах, только у Суён была чёрная юбка.

Однако в их глазах горел огонь, идущий прямиком из сердца. Эти люди знали, за что боролись. Огонь был такой силы, что Ён чувствовал, как он захватывает и его. Во времена японской оккупации корейцы объединялись по всему миру, чтобы отстоять независимость страны.

Проводники тем временем поставили на стол пять плошек, и Кичхоль принялся накладывать непонятную (и сильно пахнущую) массу в тарелки. Аромат её показался знакомым с детства, и Ён вспомнил. Это был рис, перемешанный с отходами алкогольного производства. Такой им давали попробовать на детском мероприятии в день независимости Кореи.

Если люди не отказывались даже от барды, значит, Проводники в этой реальности голодали.

Было странно наблюдать, как утончённая в его реальности Суён ест эту массу, как ковыряется в ней Ан Сонджа. Это было неправильно и несправедливо.

Ён заметил, что Ёк Кичхоль положил себе меньше всех, несмотря на то, что был самым крупным. Нангиль и Сокджин, думая, что никто не замечает, отложили от себя по ложке для Кичхоля.