Книга Законы Рода. Том 8, страница 99 – Андрей Мельник

Он прочистил горло и продолжил:

— Ситуация далеко не под контролем Романовых, и это наш единственный шанс попытаться повлиять на грядущую бурю. Отец, разреши мне отправиться в столицу и собрать вокруг себя всех сочувствующих Берестьевым. Расследование в отношении них было завершено. И по его результатам было подтверждено, что никто из ныне живущих членов рода не несёт ответственности за произошедшее. У нас есть юридический прецедент, отображающий превышения полномочий со стороны государевых служащих, что и могло стать поводом для Максима скрываться, пока не закончится расследование. К слову, из-за бюрократических проволо́чек и тупоголовости некоторых наших недоброжелателей мы получили окончательное постановление верховного суда только неделю назад. Это как раз произошло перед тем, как Максим скинул с себя маску и применил в Болгарии техники рода.

— Верно. Ещё и Генеральный штаб едва ли не звезду героя хочет вручить Максиму, да только мы неофициально на этой войне. И он там был как доброволец. Брат, я общался с Зубовым, ему нужна бумага за подписью Краста о том, что он вошёл в состав добровольцев, принявших участие в войне за свободу Болгарии, — добавил младший брат главы рода Золотарёвых.

Он был ответственным за силовые операции в графстве и по долгу службы тесно сотрудничал с военными и ликвидаторами.

— Будет бумага. Если внука сбережём. То, что Зубов на нашей стороне — это хорошо… — кивнул Василий Петрович. — Пожалуй, раз буря в том или ином виде неизбежна, а Максима опять и след простыл, нам надо подготовить почву для его возвращения. Но помните: если мы проиграем, у нас будут очень большие проблемы. Мы должны собрать так много сторонников, сколько вообще сможем. Подключите СМИ, начните рекламные кампании в интернете, закажите статьи в независимых газетах. Пускай везде говорят о том, что до сих пор было скрыто от простых людей — о героических победах российских добровольцев на болгарском фронте.

Глава рода замолчал, но внезапно кое-что вспомнил.

— Кстати! Максим ведь должен был сопровождать их принцессу… И сопроводил до Белорусского княжества. Почему бы ей не дать хвалебное интервью о нём? Пусть даст! На нашей стороне часть военных, многие ликвидаторы, в том числе главы региональных подразделений, глава Союза Ликвидаторов… И около трети представителей боярских родов на нашей стороне или же нейтральны. Если мы сюда добавим ещё и простой народ, то наша фракция станет настолько крупной, что продавить нас и заставить отступить они не смогут. По крайней мере без потерь со своей стороны. Раскол элит — это одно. Но раскол государства намного опаснее… Если КГМБ увидит возможность подобных событий — они даже не пискнут, — аргументируя, дал указание глава рода, что менее часа назад завершил тайное собрание со своими союзниками.

Из-за этой связи уничтожили его зятя и покусились на его внуков. Где-то там сидела крыса, которую так и не удалось вычислить. И раз она там до сих пор сидит, пусть передаст своему господину из разведки, что попытки уничтожения Максима Берестьева — это красная черта, после которой даже самые мудрые и рассудительные аристократы начнут действовать.

— Мы играем в опасную игру. Но отступление для нас равносильно проигрышу. Раз уж волна поднялась, то стоит перестать быть скромными. Пока молодая пришлая аристократия не влезла всюду своими щупальцами, мы должны сделать свой шаг, который позволит сохранить традиции и обезопасить таких, как мы, от преследований. Именно наши люди берегут покой империи и обеспечивают армию финансированием. Берестьевы, хоть и пали безумно низко, номинально всё ещё относятся к боярским родам. Донесите до каждого, с кем вам предстоит встретиться, что сейчас они сражаются не столько за Берестьева, сколько за само право аристократии жить с теми гарантиями, что им давала империя сотни лет назад. Если империи есть, за что судить парня, то пусть это всё пройдёт так, как положено — с привлечением Совета империи и представителей боярских родов. Уверен, мы сможем добиться перевеса, даже если обвинения будут сопровождаться реальными уликами и признаниями Максима.