Книга Вне подозрений, страница 20 – Юлия Резник

Максут красиво оскаливается, сжимает в ладонях мою голову и сотрясается в оргазме. Опять же, хрен его знает, как это объяснить… Но он неожиданно вкусный. И так примитивно, да. И на уровне эмоций. Стоит, дрожит, нежно поглаживая меня по влажным от испарины волосам, и смотрит, сыто щуря свои колдовские глазищи с чуть приподнятыми вверх уголками.

Вот и как после такого возвращаться в обычную жизнь? Ходить на работу. Платить налоги. Обсуждать в курилке улетевшие в стратосферу ставки по ипотеке. Как?!

Это же натуральный конец света. Локальный, персональный, сугубо мой… Конец.

— Ну? — хрипло интересуется этот дьявол. — И как тебе мои аргументы?

Я медленно моргаю.

— Убедительно… — признаю неохотно.

— То-то же.

И ведь сидит такой важный — что тебе хан посреди гарема. Но почему-то даже это не бесит, а… льстит? То, что я смогла сделать ему приятно.

Приехали.

— Ну, и чего ты опять хмуришься? — интересуется Максут, помогая мне подняться.

— Я не настолько стара, чтобы не встать самой, — бурчу я. Мой юный любовник выразительно цокает и закатывает глаза.

— И злишься чего? — ловит за руку, не давая от него отвернуться.

Максут так искренне не понимает. Да и в целом выглядит таким трогательным и открытым, что я, кочевряжась, чувствую себя даже большей стервой, чем есть на самом деле.

— Да не злюсь я, — вздыхаю, — а так… Пересматриваю устоявшуюся систему ценностей.

— Так, по-моему, я некачественно тебя оттрахал, раз у тебя остались на это силы.

— Максут! — визжу я, когда он взваливает меня на плечо. — Что ты делаешь?!

— Несу тебя устранять последствия мыслительной деятельности. В спальне как-то сподручнее.

Из вредности я все-таки собираюсь домой, хотя после секс-марафона, который мне устроил Максут, еле волочу ноги.

Он злится. А я что? У меня вообще-то есть своя жизнь. Дом. Работа. Дети. Один раз я уже не ночевала дома. Не хочу, чтобы сыновья привыкали к тому, что я где-то шляюсь.

— Зуль, может, все же останешься?

— Нет. Как ты себе это представляешь? У меня дети.

Он смотрит так, будто я только что сообщила о намерении пешком дойти до Тибета.

— Так ты же говорила, вроде, взрослые парни у тебя, а?

— Ну, да, — бурчу я, застегивая блузку.

— Тогда что не так?

Правда, что. Опять Максут не видит проблемы там, где ее вижу я.

— Максут, я не девочка двадцати лет, чтобы пропадать неизвестно где!

— Верно. Ты взрослая женщина, которая может ночевать, где хочет.

— Максут!

— Что?

Он так искренне не понимает! И кажется, его реально очень задевает, что я хочу от него уйти. Другой бы на его месте радовался, что не придется выпроваживать чужую бабу, от которой был нужен лишь секс. А этот… Эх!

— Не начинай.

Голос мой звучит как никогда твердо. Но внутри… Боже, да я как желе. Рядом с ним мои привычные рамки ощутимо сдвигаются, а я столько лет жила в режиме тотального контроля, что с этим не так-то и просто свыкнуться.

Максут тяжело вздыхает, без особого восторга наблюдая за моими сборами. А я не то чтобы красавица после всего, что он со мной сделал. Еще и за это теперь голова болит — вот напасть же! Приглаживаю волосы, чтобы выглядеть хоть немного приличнее. Но получается так себе.

Страсти улеглись. И я чувствую, как меня опять начинает засасывать болото сомнений. Что я буду делать, если окажется, что он виноват? Вот что?! Что я, мать его, тогда буду делать?