Книга Неприятности ждут!, страница 13 – Марина Милорадович

Осмотрела саркофаги. Рельефные портреты, венки вокруг, крышки плотно пригнаны к стенкам, и всё весьма запылённое. Получается, не вскрыты. Ну, а мне туда и вовсе лезть не резон.

На полу ничего интереснее пыли не нашлось, кроме трупа, который я пока избегала взглядом. Что ж, пора. Покопавшись в сумке, нашла тоненький пакет из супермаркета и надела его на руку, как перчатку. Закрыла покойнику глаза, а то нехорошо как-то. В судебной медицине я не разбираюсь, поэтому сказать, как давно он умер, не могла. Но ещё не окоченел вроде. В вырезе рубашки на длинном шнурке нашёлся медальон. Затёртый, непропорционально маленький для взрослого мужчины. Аналог крестика, который он носит с детства? Брать или не брать — вот в чём вопрос? Решила, что всё же нет. Пошарила по карманам куртки. Длинный ключ с витой ручкой. Красивый, но бесполезный: не имею понятия, где же тот замок, который он отпирает. Монеты. Парочка на вид серебряных, сантиметра по полтора в диаметре. На аверсе колос и мешок с чем-то, на реверсе какая-то местная цифра.

А вот и проблемка — цифры не римские, не арабские, а неведомо какие. Что этот червяк с хвостиком значит — бог его знает. Но это деньги. Определённо. Надеюсь, местные, а не сопредельной державы. А то мало ли...

На поясе висел кошель типа кожаный мешочек на завязках. В нём было ещё пяток таких же серебряных монет, ещё три диаметром побольше и с другой закорючкой и три золотых. Неплохо!

Я отнесла добычу на скамейку. Брать сам кошель не решилась... Всё же противно носить вещь с трупа, да и последняя находка в нём меня не порадовала. Флакончик был маленький, как пробник парфюма, на полтора миллилитра где-то. Тёмное стекло, притёртая пробка. Уверена, отнюдь не витаминки. Даже открывать не хочу. Дурь, которой меня опоили или собирались? Пусть остаётся, сделаем местным следователям подарок.

Кинжал на поясе в видавших виды ножнах. Большой. Тоже нафиг. Во-первых, я не умею им пользоваться. А во-вторых, мало ли, кому и на каких условиях тут разрешено ношение холодняка. А чем колбаску резать, у меня и самой имеется.

Стаскивать сапоги не стала, только убедилась, что ничего нет за голенищами. Присев на корточки около тела, потянула его на себя, переворачивая на бок, а после скатила с плаща. Ни крови, ни ран. Обшарила шерстяное полотнище. Карманов не оказалось, но в шве внизу нашлось нечто. Грузик, чтобы ткань не развевалась парусом? Или... Вот и пригодился мой ножичек-брелок, у которого под корпусом алого цвета прятались девять полезных и не очень инструментов. Подворот шва был широкий, и получилось почти незаметно распороть стежки туговатыми ножничками. Скругленный прямоугольник шириной в два пальца, по виду золотой. На одной стороне вязь неведомых символов, на другой — герб, птица над кораблём.

Интересно! Кажется, этот тип тоже был неместный.

Забрала находку себе. Вернула труп в относительно похожее на исходное положение, пакет, высунувшись из склепа, запихнула глубоко в щель кладки фундамента.

У меня оставался десерт — плотно набитая сумка на лавочке.

В парусиновой торбе меня ждал подарок. Или наследство?

Короче, ее содержимое определенно предназначалось мне. Если покойник не собирался на вечеринку для извращенцев или маскарад, то иного объяснения женскому наряду в его сумке я не находила.